Тишина была такой густой, что Александр слышал, как бьётся сердце в его собственной груди. Он контролировал каждый мускул на своём лице, не позволяя проступить ни единой эмоции. Они не должны видеть его торжество. Только гнев и праведное возмущение монарха, которого подвели его советники.

Долгорукий стоял посреди зала, и с каждым словом Александра он будто уменьшался в размерах. Могущественный князь, хозяин Совета Кланов, человек, который двадцать лет дёргал за ниточки всей Империи, сейчас выглядел как провинившийся школьник перед директором.

Прекрасно. Именно так и должно быть.

Строганов первым нарушил тишину.

— Ваше Величество, — его голос дрожал. — Нужно срочно отправлять дипломатов. Послов — да кого угодно! Пока эта машина не двинулась на Столицу!

Александр посмотрел на него с выражением терпеливого учителя, который объясняет очевидное нерадивому ученику.

— И кого вы пошлёте, Строганов? Кто будет говорить от имени Империи? Может вы? Или Долгорукий?

Он позволил вопросу повиснуть в воздухе.

— Воронов не станет разговаривать с теми, кто только что пытался его сжечь заживо. Он не примет ваших послов и извинения слушать не станет. Он будет говорить только с равным.

Александр сделал паузу и обвёл взглядом зал.

— С сюзереном.

Юсупов подался вперёд, и в его глазах мелькнуло понимание. Демидов нахмурился, пытаясь уловить смысл происходящего. Только на лице Долгорукого медленно проступало выражение человека, который видит, как захлопывается ловушка.

— Я решу эту проблему, — продолжил Александр. — Я остановлю его и заставлю сесть за стол переговоров. Орлов организует канал связи.

Он повернулся к премьер-министру. Орлов поднял голову, и в его глазах Александр увидел проблеск надежды.

— Но, — Александр снова повернулся к Совету, и его голос стал жёстче. — Я не могу вести переговоры о судьбе государства, будучи связанным Хартией Вольности по рукам и ногам.

Долгорукий дёрнулся, будто его ударили.

— Ваше Величество…

— Молчать.

Долгорукий дёрнулся и замолчал.

Александр сделал несколько шагов вдоль стола, глядя на аристократов сверху вниз. Загнанные в угол волки смотрели на него снизу вверх, и он наслаждался каждой секундой этого зрелища.

— Вы сами заперли меня в рамках ваших законов. Вы превратили Трон в декорацию. Лишили Корону права принимать решения без вашего одобрения. И теперь, когда ваши решения привели Империю на грань катастрофы, вы ждёте, что я вас спасу?

Он остановился и развернулся к залу.