— Острый ангиоспазм, Евгений Михайлович. Предынсультное состояние. Благодаря моей экстренной терапии и… кхм… своевременному направлению от доктора Астахова, пациент стабилизирован. Но ехать он не может. Ему нужен отдых.

— Но губернатор… — Сафонов задрожал. — Кто его повезет?

Я посмотрел на Степана, который уже выглядел вполне здоровым, но всё ещё слабым. Затем перевёл взгляд на охрану.

— Из вас двоих кто-то водить умеет? — спросил я.

— Я умею, но шеф не любит, когда за рулём кто-то чужой, — начал один из охранников.

— Значит, придётся полюбить, — отрезал я. — Степана мы госпитализируем на сутки под наблюдение Марка Аркадьевича. А губернатору вы доложите, что благодаря профессионализму наших врачей его жизнь была спасена от неминуемой аварии. Думаю, он будет благодарен.

Сафонов посмотрел на меня, потом на Забелина. В его глазах медленно прояснялось понимание того, какую выгоду можно извлечь из этой ситуации. «Спасение жизни губернатора» звучит гораздо лучше, чем «помощь водителю».

— Да… да, конечно! — Сафонов закивал. — Марк Аркадьевич, Алексей Сергеевич, вы просто молодцы! Я сам всё объясню Сергееву.

Когда суета улеглась и Степана под конвоем Забелина увели в стационар, в кабинете остались только я и Полина.

На фуршет медсестра идти не хотела, поэтому я отпустил её домой пораньше. Мне же придётся посетить это мероприятие, чтобы уже поставить точку в этой истории с губернатором.

Фуршет в главном холле был в самом разгаре. Правда, пока я добирался туда, большую часть еды и выпивки уже успели поглотить мои коллеги.

Я решил расположиться за столом рядом со своими старыми соратниками. Между терапевтом Жаровым и наркологом Бахаевым.

Для этого пришлось протиснуться через толпу гостей и коллег. И уже на полпути я уловил странное ощущение. Будто кто-то только что пролез рукой в карман моего халата.

Я резко оглянулся, но не смог понять, кто это сделал. Однако я почувствовал, как мой карман немного потяжелел.

Ведь в нём появился какой-то лист бумаги.

А точнее — записка.

Фуршет уже начал потихоньку сдуваться. Губернатор и его люди уехали, но я решил посидеть ещё немного, чтобы поддержать компанию. А заодно подумать, откуда могли прилететь эта записка?