Меня разморило от съеденного, и я отправилась к себе в комнату. Конечно, было желание зайти в библиотеку и выбрать книжку, но глаза буквально слипались. Подспудно подумалось, что может сейчас усну и очнусь в своей жизни, но как-то слабо верилось.

Остановилась у лестницы, Марфа шла следом и уже взялась за мой локоть, чтобы помочь.

— Давай договоримся так, дорогая няня. Я не ребёнок, и с этого момента ты перестаёшь ко мне так относиться. Я сама способна справляться с бытовыми трудностями и по лестнице способна подняться сама, даже если тяжело.

Женщина нахмурилась.

— Значит, в отставку меня?

И тут я поняла одну вещь, она не просто так возилась с Катей, а потому что боялась её взросления. Она вырастила маму, да Марфа была нянечкой Светланы Юрьевны. Потом и растила других детей. Но старость никого не щадит, и у Елизаветы, младшей сестры, появилась уже другая няня, образованная, можно сказать, другого класса. И Марфа вцепилась в Катю как последнюю надежду, стала чрезмерно опекать, просто не давая ей нормаль расти. А с учётом меланхоличного характера бывшей хозяйки тела это было несложно.

— Почему же в отставку? Я, по сути, и не жила до этого дня, очнулась словно другим человеком, — решила воспользоваться ситуацией и притянуть изменение поведения под пережитую ситуацию. Очень надеялась, что поверит и начнёт поддерживать мою легенду среди других домочадцев. — Считай, что та Екатерина умерла и появилась я, абсолютно другая. Мне нужен проводник в этой жизни, умный, опытный, готовый дать совет, но относящийся ко мне как взрослой. На мне поставили крест из-за какого-то дара, но это не значит, что я сложу руки. Ты со мной, няня?

Женщина заплакала.

— Куда ж я без тебя, душечка моя?

Я поторопилась её обнять.

— Сейчас я отдохну немного, потом хочу принять ванную. Распорядись, чтобы через два часа она была готова, — сказала тоном, не терпящим возражения, и показала в сторону кухни.

Няня помялась и пошла, а я начала свой трудный путь по лестнице.

Как бы я ни хорохорилась и не пыталась придать себе смысла в новой жизни, а вернее, пинка, в нынешнем физическом состоянии получалось плохо. Я слаба настолько, что напоминаю себе столетнюю старуху, которая каждую ступеньку считает достижением.