— Ой… написано на иностранном языке, — разочарованно заглянула в письма София. — И точно не английский…

— Да, это французский, — посмотрел бумаги Ник. — Язык дипломатии и светского общения до мировой войны был французским, к тому же твоя прабабушка французских кровей. Логично.

— И в тетради тоже всё на французском, и куча непонятных схем и расчётов… Может, расчёты её артефактов? — воровато огляделась София.

— Спрячь это пока в свои вещи, — отослал жену Ник. — Потом переведём.

Пока София бегала до комнаты, вернулся Сергей с чемоданчиком инструментов. Они вдвоём вытащили гвоздики, сняли металлический задник, действительно оказавшийся листом толщиной примерно в три-четыре миллиметра и весивший дофига. Ник его еле отодвинул, неудобно брать из-за размеров, и, конечно, пришлось применять силу.

Внутри картины нашлись три отсека. Первый с пустым местом, второй с письмами, которые нашла София, и третий оказался в самом низу, но тоже пустой, причём место совсем небольшое и словно для чего-то размером не более пудреницы, со стороны рамы доставался небольшой даже не ящичек, а отсек, внутри которого вырезан круг. Больше ничего интересного под рамой не нашлось. Обычный задник картины вроде бы. Видно, что тряпка, то есть холст.

Вернувшаяся София посмотрела на нижний отсек и сказала, что могло храниться и какое-нибудь украшение, крупная монета или, может, медаль, раз граф Николай воевал.

— Или амулет… — хмыкнул Ник, вспоминая, как выглядел тот артефакт, который отправлял Никиту по временной петле. Правда, нашёл тот амулет Никита где-то на чердаке, а не в картине, но совершенно не факт, что амулет не был найден ранее и просто не перепрятан в «более надёжное место».

София выдохнула, понимая, про какой амулет упомянул Ник. Тот самый, из-за которого муж увидел своё будущее с ней…

До сих пор не верилось, что всё это реально. Нет, магия, конечно, существует, и даже тот «люмос», который она без особого труда сделала, это подтверждает, но чтобы какая-то её сила, которая вырывается без её воли и желания и убивает любимого человека? Какой-то кошмар.

«Сергей, приём, — раздалось от водителя. — Ты нужен в гараже».

— Да, иди, думаю, с обратным закидыванием на крюки мы и сами тут справимся, — отпустил Сергея Ник, и они остались в коридоре наедине с картиной.