Они сменяли друг друга с такой скоростью, что мозг не успевал удержать ни один. Свет. Тёмные коридоры. Какие-то геометрические конструкции. Камень. Металл. Обломки. Символы. Ступени. Чужие тени. Огромное пустое пространство.

И среди этой мешанины я вдруг узнал одно место.

Руины.

Те самые.

Тот самый подземный комплекс, который я нашёл на экзамене.

Образ мелькнул всего на мгновение, но ошибиться было невозможно.

— Арон… — попытался позвать я, но голос, кажется, так и не вышел наружу.

А затем темнота поглотило сознание.

* * *

Интерлюдия. База семьи Арден.

Столица встретила Лану холодным утренним светом и неприятной дрожью в пальцах, которая никак не хотела уходить.

Она сошла с корабля одной из первых и сразу направилась к выходу, даже не оглядываясь по сторонам. Ни охрану, ни сопровождение она не вызывала. Просто хотела как можно скорее оказаться дома и перестать хотя бы на несколько минут видеть перед собой золотистую машину, чужие сильные руки, приковывающие её к креслу машины и стекло, в которое она беспомощно била кулаками.

Мысль о Теодоре тут же подняла в груди волну ярости.

Лана знала, что давно ему нравится. Это не было тайной. Он не особо скрывался, а вокруг всегда находились люди, готовые с весёлым шёпотом подсказывать, какой «выгодной партией» он был бы для любой девушки с головой на плечах. Но одно дело — навязчивый, избалованный наследник, уверенный, что рано или поздно всё равно добьётся своего. И совсем другое — человек, который после прямого отказа решает, что может просто затолкать тебя в машину и увезти силой.

От одного воспоминания о пережитом, в висках снова неприятно застучала кровь и сильней задрожали руки.

Икар всегда казался ей приятным городом. Может, не столь роскошным, как столица, не таким отполированным, зато живым и почти честным. Там даже в бедных районах люди оставались людьми. Что уж говорить, её единственная настоящая подруга была сиротой именно из такого района.

При мысли о Мие Лана впервые за весь день слабо улыбнулась.

Да.

Миа всегда была для неё отдушиной. Искренняя, добрая, смешная, с этим своим почти болезненным чувством справедливости и удивительно чистой реакцией на чужую боль. Рядом с ней Лана впервые за долгое время переставала чувствовать себя просто красивой куклой в дорогом платье. С Мией можно было не играть роль. Не думать, как именно твою улыбку потом разберут на слухи на очередной светской встрече.