— Слишком много и, кажется, что ни за что?

— Так-то я работаю, — слабо возразила она.

— Сравниваешь, скорее всего, с тем, как батя и Маргарита трудятся.

Она призадумалась и затем кивнула, для верности качнув меня в бок — я только сильнее прижал.

— Им тоже отдавать не хочется, да?

— Угу. Я с мамой ещё не помирилась.

— Тогда, если хочешь моего мнения — я выскажусь.

Сонетта глубоко вздохнула и с поразительной серьёзностью посмотрела. Даже, как мне показалось, взрослостью.

— После того, как Кристина уехала, у меня никого из близких не осталось, Самми. Я имею в виду тех, кому можно полностью доверять.

Меня тут же кольнула совесть.

— Поэтому я очень хочу получить твой совет.

— Эта магия называется — красотой и юностью. Она работает потому, что должна работать, а ты сильно-сильно попадаешь в образ. Но рекламщикам всё равно на тебя и твою жизнь. Они хотят продать сладких образов как можно больше. Они готовы сжечь тебя за пару лет или даже год. Чтобы ты резко стала взрослой, уставшей и не красивой. И в моих любимых янтарных гляделочках, — заворожённо посмотрел я, — погаснет жизнь.

— Л-лю-лю… любимых?

Меня бросило в жар. И горло перехватило. Хорошо ещё, хватило сил не выпускать Сонетту из рук.

— Ну да… как бы, я же сильно привык, привязался.

— Ты не говорил, — тихо отозвалась Сонетта. — Говори чаще, что я для тебя значу! Хорошо?

У меня подступили слёзы к глазам, шумно выдохнув, посмотрел на бездонное небо.

Тело не слушается, а потому подхватив свою лёгкую сестричку я закружился посреди улицы. Даже не стал придерживать юбку во избежание нечаянного панцушота.

— Ну, я ведь и так тебе это показываю, Безешечка моя.

— Всё-о-о-о! Отпускай, смотрят же!

* * *

Откровенно говоря, даже когда мы гуляли с Кристиной не было такого внимания. Сонетту же узнают дети, наши сверстники и даже ребята постарше. Взглядов едва ли меньше! На Кристину смотрели из-за шокирующей красоты, моя же сводная сестричка смешала безумную миловидность с популярностью.

— Можно сфоткаться? — первыми подошли две первокурсницы, как мне показалось.

И, мать твою, ещё и на меня косятся, похихикивая. Я насколько смог улыбнулся, хотя совсем без желания. Две дурочки, отбежав от стола, давай смотреть что получилось на фото, увеличивать и едва не визжать от счастья, косясь на нас.