— И ещё ты персикового цвета — в лучах заходящего Солнышка.

— Я тебя люблю! — вылетело у сестрички. Тут же поправляется: — Как самого лучше сводного брата. Можно поцеловать?

Мне не нравится делать это на камеру, если честно, но Сонетта ведь не только миловидный оленёнок, но и публичный артист, звезда коротких-роликов. Считая по-крупному, мне плевать на ажиотаж и шум вокруг. После того как результатом моей нерешительности и ватной натуры стал отъезд Кристины, хочу сосредоточится на главном. Контролировать содержимое чужих голов я не могу и не хочу.

После того как пересела и поцеловала в щёку:

— Вот, — тянет мне вилку с нанизанным кусочком сёмги Сонетта, — попробуй… Ам! Вкусно же?

Я кивнул, с интересом заглядывая ей в лицо.

— Только не могу сравнить как что.

— В смысле? — заулыбалась она.

— Вот если бы это было пирожное или ещё какая сладость, то легко бы подобрал сравнение с тобой.

Нас отвлекли. Оказалось, я настолько выключил восприятие окружения, что не заметил, как наша сценка собрала зрителей и одной девчушке поплохело. Кто-то смеётся, другие снимают на смартфоны, двое поддерживают несчастную на руках.

— Вы чего тут? — спросил я.

— Ха-ха! — отозвался парень продолжающий снимать. — Это вы что за дораму тут устроили, шиздец!

Сестричка заметно растерялась. Я подхватил её смартфон и сумочку, свой тоже не забыл пихнуть в карман, а затем сосредоточил внимание только на Сонетте:

— Пойдём отсюда. Я знаю место получше.

Хлопая большими глазками, встала, затем сильно схватилась за мою руку и тут же пристроилась в фарватере. Я же рассёк жиденькую толпу, продолжающую снимать нас словно важных персон.

Далее лифт, последний этаж и тихий зал ресторана на крыше.

Раскинув руки на полукруглом диване индивидуального столика, я шумно вздохнул.

— Тут можно передохнуть.

— Самми, — удивленно бегая глазками по интерьеру, говорит Сонетта, — что это за потрясающее место? Ты знал о нём раньше?

— Ага. Ну они обновились, конечно. Стало ещё лучше.

— Словно мы в сериале или фильме! — закусила она губку. — Ты сын какого-нибудь магната или руководителя конгломерата.

— Пхах! Папа бы обрадовался такому, — покивал я, глазами найдя официанта — он только этого и ждал, — можем просто попить водички, если хочешь. Нас не должны выгнать.