— Мне нужно новое дело, Роман, — посмотрела она мне прямо в глаза. — Дело, которое принесет не меньший доход, но при этом не будет порицаться церковью и обществом. Я вижу в тебе человека, который легко на пустом месте может эти дела создать. Поэтому вот моя цена — ты поможешь мне поставить на ноги новое дело. Честное. Доходное. Статусное, — выделила она последнее слово голосом. — С теми сведениями, что я тебе дам, при правильном обращении ты легко сможешь завязать связи среди сливок общества нашей страны. И затем, используя их и свой ум, вернешь мне все сторицей.

Екатерина Савельевна замолчала, ожидая моего решения. А я… впервые посмотрел на нее не как на хитрую сутенершу, а как на человека, который сделал в молодости ошибку, или просто так сложились обстоятельства, и сейчас отчаянно пытается все исправить. Понятно, что она привыкла к определенному уровню комфорта и дохода, и терять их не хочет. Но прекрасно понимает, что ее положение — тупик. Карьерный и социальный. А дама она амбициозная. Другая бы не оказалась сейчас в обществе аристократов, даже имея столь сомнительную славу. Стоит ли мне соглашаться? Из-за чего я вообще стал от нее отстраняться, ведь откровенного зла от нее никогда не видел и не получал? Как раз из-за ее репутации и сомнительной профессии. Но если она реально перестанет быть сутенершей и займется честным, или иначе — легальным и одобряемым в обществе делом, то за знакомство с ней уже никто не будет смотреть на тебя косо. Еще и в той же церкви одобрительно покивают — мол, вытащил заблудшую душу из греховной деятельности.

— Я согласен при одном условии, — решился я.

— И каком же?

— Когда я найду дело, которое вы описали, и буду помогать вам ставить его на ноги, вы в тот же миг распустите свой бордель и сходите в церковь, где проведете покаянную службу.

— Еще и вас в процессе поблагодарив, да? — с пониманием улыбнулась Совина. — Что ж… я не против. Завтра вместе с письмом вы получите и соответствующие бумаги от меня.

Больше задерживаться на балконе женщина не стала. Итак озябла несмотря на накинутый на плечи плед. Я же решил остаться пока и подышать свежим морозным воздухом. Раздавать обещания легко, но теперь ведь придется его выполнить. С другой стороны — ехать в столицу совсем наобум было той еще авантюрой. И рассчитывать лишь на помощь Николая Карловича глупо. Я ведь даже не знаю, кому кроме своего начальника она нас хочет показать. И как Великий князь отнесется к творчеству из будущего.