По факту — Карась и Котов последние сутки находились все время рядом со мной. Они точно не могли присутствовать при допросе Савельева. Сидорчук тоже вроде отпадает. Назаров, Борисов — оставались в штабе. Сука, сука, сука! Башка закипает от всего этого дерьма. Хуже нет, чем понимать, что предатель где-то рядом, стоит и дышит в спину. Работает на сраного шизика.

Туман сгустился окончательно. Мы плутали, казалось, целую вечность, пока наконец впереди не появились темные очертания оврага и «полуторка», сиротливо дожидавшаяся нашего возвращения. Бойцы комендантского взвода уже отчалили в Свободу вместе с «эмкой» и трупами. Рядом с машиной ошивался только один сержант, которому было велено следить за автомобилем, пока не появится группа Котова.

Он, судя по всему, за этот час с небольшим успел мысленно накрутить себя до состояния психоза. Все-таки место и атмосфера весьма пугающие. Особенно для молодого, зеленого бойца.

Когда мы, измазанные грязью и кровью, бесшумными тенями вывалились из тумана с носилками в руках, парень от неожиданности чуть не наложил в штаны. Он дернулся, вскинул ППШ. В лесной тишине оглушительно лязгнул затвор.

— Стой! К-кто идет⁈ — голос сержанта дал петуха.

— Свои, боец. Ствол опусти, пока беды не наделал, — резко ответил Котов. — Группа СМЕРШ. Вернулись.

Сержант судорожно выдохнул, опустил автомат, стер пот со лба.

— Товарищ капитан… Слава богу. А то тут темень хоть глаз коли, да и место такое… гиблое. Командир взвода приказал дождаться вас и передать, что машина под охраной.

— Молодец. С нами поедешь, подбросим до Свободы, — распорядился Котов, — Сидорчук, Карась — грузите майора. Соколов, помоги.

Ильич и Мишка бережно опустили носилки у борта, а затем аккуратно перенесли пребывающего в глубоком нокауте Савельева в кузов.

— Сидорчук, за руль, — скомандовал Андрей Петрович, — Боец, полезай в кузов.

Карась собирался было перепрыгнуть через борт, но Котов жестко перехватил его за рукав.

— Отставить. Соколов и Карасев Оба — за мной. Быстро.

Мы отошли метров на десять от машины, укрылись за толстым стволом дуба. Темнота здесь была такой плотной, что казалась осязаемой.

Капитан резко развернулся ко мне. Я не видел его лица, только смутный силуэт. Не видел, что он делает. Но уже в следующую секунду понял, ствол ТТ капитана смотрит ровненько в мой живот.