Здание Министерства обороны СССР

Монументальная дубовая дверь кабинета министра обороны была плотно прикрыта, как и всегда, когда внутри проходило важное совещание. Секретарь уже несколько раз за последние два с половиной часа заносила небольшой поднос с свежезаваренным чаем в заварнике и вазочкой с малиновым вареньем. Быстро сервировала столик и сразу же уходила, тихо прикрыв за собой дверь.

— Значит, все, Дмитрий Тимофеевич? Все обдумал? — Крючков внимательно посмотрел на Язова, словно ища на его лице признаки сомнений. — Может, еще подумаешь, как следует?

Председатель КГБ и министр обороны беседовали уже довольно долго. Крючков пришел около десяти утра, а сейчас на часах уже было двенадцать, но вопросов между ними, по-прежнему, оставалось больше чем ответов.

— Сам же знаешь, что коней на переправе не меняют.

— Ха, хреновый из меня конь, — грустно улыбнулся Язов, махнув на себя рукой. — Давление скачет, как сумасшедшее. Спина, колени… Как утром встаю с постели, такой хруст стоит, что соседи, наверное, слышат. Кляча, а не конь!

Крючков с не верящим видом покачал головой: мол, не верю, не наговаривай на себя.

— Какая же ты кляча, Дмитрий Тимофеевич? Орел, орденов полна грудь! Тебе еще работать и работать.

— Нет, Владимир Александрович, все решено. Мне пора на покой… Хм, жизнь пролетела, как одно мгновение. Кажется, только вчера еще мальцом за коровами бегал. Помню, матушка, как нашу буренку подоит, мне всегда полную кружку парного молока наливала. Эх, — затуманились у него глаза во время воспоминаний. — Нет, Владимир Александрович, пора дать дорогу молодым. Сам же видишь, что сейчас происходит, какие задачи приходится решать. Тут другим нужно быть — сильным, резким, упрямым, не боящемся ни бога ни черта, как он…

Они понимающе переглянулись. Кандидатуру своего преемника он уже назвал в начале разговора, поэтому она не была для Крючкова сюрпризом. По мнению Язова, Варенников был самый лучшей кандидатурой на пост министра обороны Советского Союза, а вот председатель КГБ все еще сомневался.

— Думаешь, справится? Своеволия в нем больно много. Никаких авторитетов не признает. Как бы чего лишнего не наворотил.

Язов фыркнул в ответ, едва сдержав смех.