Напряжение в горнице резко накалилось. Причём горячился я, старосты же искали пятый угол чтобы туда забиться.

— Значит так, старые псины, — прорычал я. — Микула подох и теперь староста я. Мне бы очень хотелось, чтобы вы старые маразматики поняли одно. Люди едут в Яриловку не потому что их заставляют, и не потому что я их переманиваю, а потому что я могу предложить им то, чего вы ублюдки никогда не предложите. Я даю работу за которую щедро плачу, даю людям шанс хорошо жить, а не выживать. Защищаю их интересы. Вы же прогнившие старикашки, сидите на вверенных вам должностях и единственное о чём печётесь, так это о собственных задницах. Либо развивайте свои поселения так, чтобы народ хотел там жить, либо захлопните свои грёбаные пасти и не скулите о том что все жители от вас сбежали.

Наступила тишина в которой я слышал только потрескивание дров в печи. Казалось что старосты задохнулись от возмущения и боятся пошевелиться. Минуты через две желтозубый, медленно поднялся с лавки, ткнул в меня дрожащим костлявым пальцем и сбивчиво процедил сквозь зубы:

— Зря ты так. С соседями ссориться дурная затея. Мы ведь можем…

— Ничего вы не можете, — я отмахнулся от него как от назойливой мухи. — Топайте отсюда, да поскорее, а то велю собак спустить, чтобы вам шагалось веселее.

Старосты вскочили с лавки, подхватили тулупы с крюков и зашагал к двери, не оглядываясь. Они старались не встречаться со мной взглядом, будто боялись что я каждого из них схвачу за ворот и вышвырну из избы. Ерофей, проскальзывая мимо, буркнул что-то неразборчивое, а Лукьян, уже с порога, обернулся и выпалил фальцетом:

— Попомни наше слово, Ярый! Ты ещё пожалеешь!

— Я уже пожалел, что потратил на вас своё время! — крикнул я им вслед, и голос мой разнёсся по двору, где краснолицый Прохор из Залесья выбирался из сугроба, отряхивая снег с тулупа и ощупывая разбитую скулу.

Делегация подобрала покалеченного товарища, погрузилась на подводы и двинулась к воротам, бросая через плечо злобные взгляды. Следом за санями засеменили мужики рванувшие за старостами из дома Тараса. Тарас же неспеша подошел к моему дому и остановился у крыльца:

— Переговоры закончились мордобоем? — Спросил он смотря вслед удаляющейся процессии.