— Вряд ли это политическое решение, больше смахивает на некий внутренний мятеж в политикуме.

— У французов как раз большой опыт в таком деле. Упомянутый де Маранш уже был замечен в тайной дипломатии и прямом вмешательстве в делах Африки. В частности, его служба активно мешала нам на юге Заира. «Операция Катанга» в какой-то момент даже забуксовала по причине прямого вмешательства французов и бельгийцев. Как помните, там они кроме Иностранного легиона впервые задействовали регулярные части.

Руководитель КВР пожал плечами:

— Только зачем им это?

Машеров тяжело уставился на Ивашутина. Тот был в курсе закулисной политики.

Начальник ГРУ тут же засуетился:

— Будем разрабатывать. Собираюсь наведаться на тот остров и поискать следы самолета.

— Они могли его и утопить.

— Тоже как вариант.

— Продолжайте поиск и увязку теракта с французами. Товарищ Огарков, готовьте масштабные манёвры в ГДР, Чехословакии и Венгрии с привлечением войск союзников. Пусть там знают, что мы просто так покушение не оставим. Министру иностранных дел — готовить дипломатический демарш. Как только мы узнаем, что замешаны французы, тут же отозвать нашего посла из Парижа. И выгнать из Москвы французских дипломатов. Всех до единого! Желательно понизить их статус и в странах социалистического содружества.

— Но… Петр Миронович, это же неслыханно!

— Вот пусть удивляются. Мы будем предельно жесткими.

Трояновский покачал головой:

— Столько лет выстраивать отношения…

— Не в коня корм! Капиталисты пошли ва-банк, вот пусть сейчас несут убытки. Готовьте также экономические санкции и, товарищ Ивашутин, расширяйте наши операции во французской Африке. Наши негласные договоренности закончились. Упали с бортом номер один в море. Африканскому корпусу быть готовым к передислокации. Подумайте, кем мы можем их усилить.

— Мы настроим против себя многих.

— Вот пусть наши друзья коммунисты Франции сейчас и поработают. Не они ли постоянно просят от нас помощь? Но это я уже в Центральном комитете поговорю. Всем, все ясно?

Сидящие за овальным столом переглянулись. Никто не ожидал от Генерального такой жесткости и стремительности в принятии решений. Но, наверное, так сейчас и следовало действовать. Военные точно поддерживали Генсека.