Аурифи развела руки в стороны, и облепивший ее Пепел выстрелил будто из пушки. Серые хлопья попали на нас, пол и непроницаемый купол. Богиня очистилась от Пепельной стихии и могла нас видеть.

Не успела Неллис наслать новый Пепельный вихрь, как Богиня вскинула руку и сжала кулак. Чародейка вскрикнула и упала на колени.

— Стой! — только и успел я отметить.

Магический всплеск обуял тело Неллис. Брюнетка бросила в мою сторону последний взгляд и грустно улыбнулась. В следующий миг чародейка осыпалась на пол серым пеплом, обратившись в прах. Даже костей после Неллис не осталось. Лишь ее любимый посох и некоторые украшения.

Ксарг побери! А ведь я испытывал к чародейке симпатию. Хоть наше знакомство не задалось, и мы долгое время были врагами, в итоге она стала моим хорошим союзником и не раз выручала. Я обязан ей жизнью, можно сказать. Не говоря уже о том, что губить столь роскошную женщину — настоящее святотатство.

В душе моей кипел праведный гнев. Зверства обязательно аукнутся Аурифи, даже если мы и не выберемся отсюда живыми.

— С одним вредителем разобрались. Следующий!

Мое горло снова сдавило. Я выпустил несколько заклинаний, стремясь снизить видимость Богине, но той было наплевать. Лейна с Кшанти тоже старались, и даже обессиленная Ниуру периодически плевалась Огнем. Лучше всего получалось у Ночной эльфийки. Проклятая стихия растекалась по божественному лицу и на время закрывала ей обзор. Сам недуг к Богине не прилипал. Тем не менее, магия быстро развеивалась, и Аурифи возвращала себе нормальную видимость.

Я хрипел, болтаясь на невидимой божественной руке, сжимавшей мое горло стальными тисками. Неужели мой конец будет столь же бесславен, как и у Неллис?

— Стоит ли мне торопиться или помучить тебя перед смертью? — произнесла Аурифи, наслаждаясь процессом экзекуции. — Оторвать тебе руки-ноги и смотреть, как ты беспомощно барахтаешься и истекаешь кровью словно жалкий слизняк, коим ты и являешься? Смертные должны знать свое место!

Слуги усилили напор, но остановить Богиню не могли. Силы были неравны. Даже Мякотка носилась по залу как сумасшедшая, пытаясь ударить Аурифи рогами или откинуть магической волной. Конелосяшка достигла аж голубого ранга, поэтому могла ударить очень больно. Вот только божественному существу было плевать на их потуги.

— Убогая неразумная тварь. Ты отправишься следом за своим хозяином! — обратилась Аурифи к Мякотке.