Две тёмные фигуры на уступе дёрнулись будто их сдёрнули верёвкой за пояс. Одного отбросило назад, на каменную стенку, и он сполз по ней мешком. Второй просто исчез из поля зрения, скатился по ту сторону.

Двое других на дальнем уступе всё ещё стояли. Один из них успел спустить тетиву, второй копался. Искра ушёл вверх, просто взмыл, как будто кто-то под ним приподнял воздух. Болт прошёл под брюхом. Дрейк выровнялся выше и развернулся для второго захода.

Я опустил глаза.

Пепельник смотрел на меня. Лицо у него собралось всё к переносице, кожа у скул натянулась, под левым глазом сидела чёрная татуировка трёх капель.

— Твой дракон, — сказал он тихо.

— Это не я.

— Твой. Дракон.

В двух словах вышло столько, что я понял всё разом. Что с этой секунды никакого подмастерья Молчуна нет. Никакого мастера, кандидата на смотр, нет. Есть Падаль, у которого с неба прилетел грозовой дрейк, и который перед этим час забалтывал Железную Руку и просил «поверить методу».

Я бросил взгляд назад. Кар-Рох стоял на лапах. Глаза горели, чешуя на холке встопорщилась гребнем, хвост хлестал по утоптанному снегу.

По нити под рёбрами пришло.

«Аррен. Отступай.»

Я не успел ответить.

Сверху, с дальнего уступа, ударил ещё один разряд. Точнее, удар пришёл сверху, а Искра был уже над загонами и стрелял в обратную сторону. Я не сообразил, как он успел. Молния пошла длинной дугой, и я увидел, как у дальнего арбалетчика разлетелся арбалет, и сам человек завалился набок.

В загонах поднялся рёв всех клетки разом. Драконы били лбами в решётки, рычали, выли, кто-то скрежетал когтями о камень — ор стаи, увидевшей в небе своего.

— Пепельник, послушай, — сказал я.

Сам не знал, что говорю. Слова шли впереди мысли, и я надеялся, что мысль их догонит.

— Я не звал. Он сам. Я не знаю, как он меня нашёл.

— Ты лгал мне час, — сказал Пепельник.

Он сделал шаг назад и в сторону, не сводя с меня глаз. Рука пошла к поясу. Кнут лёг ему в ладонь сам, развернулся в воздухе с лёгким сухим щелчком.

— Ты лгал, Падаль. Про скорлупу. Про связь. Про дар, которого у тебя нет.

— У меня нет…

Договорить не успел.

Воздух за спиной свистнул. Тяжёлый удар по снегу, толчок. Я обернулся.