— Хорошо, Сергей Викторович, я всё понял, — кивнул Разумовский. — Наше соглашение в силе. Как ревизор соревнований, я положу на стол министра самый что ни на есть честный доклад.

— Благодарю, Владимир Мстиславович, — улыбнулся я. — И прощайте. У меня там, — кивнул я в сторону «Сломанного сапога», — праздник в разгаре. Не хочу пропустить ничего интересного.

— Понимаю, — ответил князь, затем махнул Демьяну, чтобы тот вставал, и они отправились прочь.

Как они уходили, я не видел, потому что уже спускался по узкой лестнице в шумное, душное помещение, пропахшее хлебными напитками, жареным мясом и прочими яствами.

Ястреб тем временем уже ополовинил поднос и не собирался сбавлять темп. Лена отдыхала, обнимая набитый живот. Ребята веселились.

А Данила сидел в углу, один за столиком. Похоже, он решил уединиться и о чём-то размышлял. Почему-то мне подумалось, что это самый подходящий момент, чтобы кое-что сделать.

Я подошёл к нему, присел рядом и сказал, направив голос магией, чтобы шум не мешал:

— Данила, у меня тут есть кое-что для тебя.

— А? Что такое, Сергей Викторович? — откликнулся парень.

Я достал из внутреннего кармана запечатанный конверт, который мне передал Дмитрий Аристархович Крылов.

— Вот, держи.

Нахмурившись, Данила принял конверт. Повертел в руке, цапнул ногтем печать, и та осветилась слабым импульсом света защитных плетений.

— Что это? — спросил шкет.

— Я не заглядывал, — признался я. — Но полагаю, там письмо от твоего отца.

Москва, Кремль, приёмная Его Императорского Величества.

— Итак, последний и самый важный вопрос, — будничным тоном отчитывался министр образования Астахов Андрей Станиславович. — Подготовки к ежегодному турниру магических академий среднего звена идут полным ходом. Академия имени Дубенского уже выставила нам смету и предварительный договор на проведение турнира.

— Красноярск? — спросил Пётр Алексеевич.

Именно там находилась эта академия.