После погрома, устроенного учениками Фу Дай, город постепенно приходил в себя. Неожиданно погибших не было. Раненые разной степени тяжести, разрушения — это да, а вот погибших не было. Градоначальник подошёл к восстановлению серьёзно, насколько это возможно. Большая часть компенсации ушла пострадавшим, так что можно сказать, что город отстраивался за свой счёт. Надо было побольше стрясти с мерзкого старикашки и его неадекватных учеников, — вздохнула я, прекрасно понимая, что пока до возможности что-то стрясти с практика уровня мастера Хэ мне так же далеко, как до луны пешком. То есть в теории можно попробовать, но дело это абсолютно гиблое. Ну не работает наглость и харизма против грубой силы. Кстати.

— Я одного не понимаю, — обернулась я на Бай Шаня. — Вот ты такой сильный и чуть ли не всемогущий, — мой спутник сравнимо улыбнулся, довольный, как кот, объевшийся сметаны. — Почему сразу эту троицу не приструнил?

— Тебе город-то не жалко? — заинтересовался он. — Представляешь себе разрушения, если бы к веселью присоединилось не три практика, а четыре?

— Ты и присоединился, — напомнила я. — Я видела, как ты кастовал водяного дракона.

— Я что делал? — заинтересовался Бай Шань, а потом тряхнул головой. — Неважно. Водяной дракон так, для отвлечения внимания был. Скрыться из поля зрения и переждать. Кто ж знал, что они в любой тени Ян Шаня видят?

— Кого? — заинтересовалась я.

— Да так, одного излишне умного типа с жёлтыми глазами.

— А у тебя к нему тоже претензии были? — передёрнула плечами я.

Бай Шань усмехнулся:

— Проще сказать, у кого к нему претензий нет. Просто он крайне редко вылезает из своей норы. Мне вот искренне интересно, кто этим детям внушил, что они с ним справятся? Им надо благодарность Будде вознести, что желтоглазого в городе не было, иначе здесь действительно могло не остаться камня на камне.

Я вздохнула и возблагодарила богов и демонов, что желтоглазый посчитал ниже своего достоинства связываться с дурными детьми. И всё же, и всё же… Бай Шань уловил моё недовольство и легкомысленно пожал плечами:

— Если уж говорить начистоту, то вы, госпожа Лу Шиань, тоже в некотором роде ответственны за разрушения города. Именно вы стали персональной целью Хэй Линмяо.

Я нахмурилась. Было неприятно осознавать, что в словах моего спутника есть некоторая искорка правды. Но некоторую зарубку я себе всё равно сделала. Просто так, на всякий случай. Некоторое время мы шли молча, и наконец Бай Шань не выдержал:

— Вы так громко молча негодуете, что мне становится не по себе.

Я приостановилась, устало посмотрела на него и призналась:

— Так как в ваших словах есть смысл, мне становится немного неприятно от такого осознания.