Наверное, у каждого так бывает: когда сделаешь доброе дело, а потом жалеешь об этом. Не из-за того, что ты плохой человек. Просто примерно понимаешь последствия своей доброты и невольно ужасаешься от того, что предстоит совершить.

Когда я уже вышел от Васильича, то мысленно заорал. Какой Нирташ, какие города Круга Богатства, какой, в конце концов, отверженный рубежник по имени Рехон, пропавший шестнадцать лет назад?

Вот и Лихо была примерно такого же мнения:

— Любишь ты, Матвей, без мыла во всякие неподобающие для этого отверстия… с-с-с… влезать.

— Хоть ты не зуди. Будешь плохо себя вести — на Слово уберу. Там кроме голубей разговаривать не с кем.

— Ишь, с-с-с… какой обидчивый.

— Я не шучу.

— Молчу, молчу.

Кстати, о Слове. Я вытащил из рюкзака «подарки» от Шуйского: меч, табличку, очки, ингредиенты тварей, кусок лунного серебра — в общем, все, что в ближайшее время не нужно, — и убрал в тайник. А подвеску, которую помыл утром, надел. Хватит мне приключений, связанных с изнаночным хистом. Каждая собака меня в этот промысел тыкает. Чувствую себя как звезда больших и малых театров. Что интересно, Трубку с Лихо оставил. Несмотря на то что ее комментарии порой были очень едкими, расставаться я с ней не хотел.

— Юния, а количество рубцов рубежники и нечисть все равно видят? — уточнил я.

— Видят.

— Получается, никто и не подозревает, что я маскирую хист. Замечательно.

— Чего делать, с-с-с… собрался?

— Надо наведаться к костяновской пассии. Но самое важное для начала — забрать машину. Тут не Изнанка, скользить не получится. А без колес — как без рук.

Так и поступил. Вызвал такси и доехал до завода. «Зверь» стоял там же, где я его и оставил. Чуть припорошенный пылью (все-таки парканул я его возле дороги) да в небольших разводах на лобовухе — видимо, дождь прошел.

Но я не торопился сесть и уехать. Говорят, всех преступников тянет на место преступления. Наверное, что-то в этом есть. Лично мне очень хотелось взглянуть на дело рук своих. Выбитое вместе с решеткой окно починить еще не успели. Только заколотили фанерой. Зато на подвал, где раньше находился чур, повесили замок. Да и, судя по хисту, нечисти тут правда не было. Я почувствовал лишь невидимую линию, которая вела обратно к сауне. Значит, Былобыслав снова на своем законном месте. Интересно.

Уже после я вернулся в машину и спокойно направился к костяновскому дому.

Вот только у судьбы на мой счет были совершенно другие планы.