— Серега! Рад тебя видеть! — Ромыч кинулся обниматься, но тут, наверное, разглядел мое расцарапанное лицо и округлил глаза. — Что с тобой! Ты дикобраза целовал, что ли? Е-мое, иглы, из бровей торчат! А чего ты весь расцарапанный? Снова с Иркой в Кинг-конга играли?

— Заткнись! Не доводи до греха!

— А где Ирина?

— А Ирины больше нет!

— Ты убил ее, что ли? И закопал… Руки-то в земле, почему?

— Нет, бля, я ее просто выгнал…

— Как так? Поругались снова?

— Развожусь. Почти развелся. Неделю уже как ушла. Все, не спрашивай! Ирки больше не существует! Расскажи лучше, Вербицкий с женушкой своей пожаловал или один?

— Не-ет, Серега! Ни в коем случае… Даже и не думай! Вероника — примерная жена, и Анатолий Александрович за нее тебе голову открутит. А про Ирку попозже расскажешь.

— Да, он же сам… с той, из самолета… зажигает еще?

— Ты одно с другим не смешивай. То… для разврата, а это — жена, для любви.

Ромка потихоньку уводил меня к беседке, где Аля и (О-о!) Вероника (!!!) накрывали на стол.

— То есть для тебя, — я кивнул на его женушку, — это тоже разные вещи?

— А мне повезло, у меня — два в одном!

Вот всегда завидовал другу. Ну, повезло, действительно. Войдя в беседку, Ромыч потянулся к жене, только руку на плечо положил, она на глазах у всех обняла, поцеловала, а смотрит на мужа как! И про тарелки свои забыла! Блядь, где таких баб берут? Не то, что моя… «Ой, Сережа, ты мне прическу помял…», «Ой, по гороскопу сегодня ракам сексом заниматься нельзя…» (ну, ты ж скорпион, или кто она там? ну, какая тебе, на х…, разница, можно раком или нет? А я, пусть и рак, но переживу как-нибудь без предсказаний, но с сексом!) Ну, и коронное «в этом году детей заводить не будем, потому что я оформила загранпаспорт…». Вот Алька взяла и родила сразу двоих, ни о фигуре не подумала, ни о бессонных ночах! А эта…

Все, хватит! Так, где тут у нас Вероника! Нет, сначала, где у нас Анатолий? Ага, с Матвеем возле тачки своей. Господи, надеюсь, все-таки царапины нет!

— Алька, привет! О-о, Вероника, вы, как всегда, прекрасно выглядите! Платье — просто шикарное! — не, ну и не соврал ни грамма, красивая баба, сиськи стоячие, талия тонкая, жопа… не пойму, странная жопа какая-то, больше стала она что ли с нашей последней встречи? Да не то, что больше, но торчит как-то… неестественно!

— Сережа, — Алька шепотом на ухо. — не смотри так на Вероникин зад, Толик возвращается.

— О, Сергей! Рад видеть тебя! — Анатолий Александрович с усмешкой в глазах и всем своем хитром, лисьем лице, протягивал руку. — У нашей полиции тоже бывают выходные?