— Когда-то давно его сдержали старшие родственники. Но теперь их нет. А вот злость запросто могла остаться. Или появиться вновь, когда он увидел новости про твою фирму.

С тем, что люди способны отгрызть и сожрать кусок чужой жизни, если это позволит слегка приподнять их самооценку, я был согласен. Такое в жизни встречалось сплошь и рядом. И не всегда можно было определить, кто перед тобой — нормальный человек или очередная сволочь, которая неплохо научилась мимикрировать за годы своей жизни. А как только отвернёшься — примется отрезать от тебя лоскуты, перетирая их гнилыми пеньками своих зубов.

Но вот история с местью ребёнку, по прошествию столь долгого времени, отдавала чем-то иным. Либо мыльным сериалом, либо критично серьёзными проблемами с психикой.

Тем не менее, дед выглядел так, будто был, как минимум, отчасти уверен в своих словах. Да и не стал бы он поднимать эту тему без веского повода. В этом я был уверен.

Поняв, что уже какое-то время молчу, смотря в одну точку перед собой и прокручивая в голове мысли, встрепенулся. И, взглянув на собеседника, задал очевидный вопрос.

— Кто он? Кого ты считаешь виновным?

Секунду дед помолчал, напряжённо смотря на меня. Потом медленно кивнул. И озвучил ответ.

— Сантос Монкада. Из старой и влиятельной семьи. Возможно, ты о них слышал.

Странно, но моя память на фамилию никак не отреагировала. Так что я приподнял брови, вопросительно смотря на Фелипе. Тот мой намёк уловил — спустя миг, заговорил снова.

— Они давно входят в капитал самых разных компаний. Плотно засели вокруг портов. Где, как ты сам понимаешь, никогда не обходится без криминала.

Подавив порыв достать из кармана телефон, чтобы загуглить эту семейку, я внимательно посмотрел на деда. Сейчас он даже общался не так, как обычно. В совсем ином стиле. Как будто я говорил с другим человеком.

На заднем фоне скользнула странная мысль о том, что я не так много знал о юности деда Фелипе. Собственно, даже не представлял, чем он занимался до того, как оказался на ферме. И если раньше мне казалось, что дед всегда тут и жил, то теперь это убеждение дало серьёзную трещину. Сомнительно, чтобы простой фермер вдруг оказался знаком с такими деталями. Особенно, если речь шла о непубличных персонах. А раз я никогда не слышал ни о ком из этой семьи, скорее всего так оно и было.

Чуть подождав, я поинтересовался ещё одним моментом, который вызывал ощущение лёгкой иррациональности.