— Итак, товарищи, — начал он первым, — «центр» в своей радиограмме был немногословен. Может быть вы уже раскроете, в чем же заключается ваша миссия?

— Наша задача — ликвидация, — тихо ответил я, выдерживая его испытующий взгляд. — Двух человек. Карла Марии Вилигута. И его правой руки, профессора Рудольфа Левина.

В кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь почти неслышным гудением пламени в камине и потрескиванием углей. Шульц не шелохнулся, лишь его глаза сузились, сделав взгляд еще более острыми.

— Вилигут… — он произнес это имя с оттенком чего-то тяжелого и неприятного. — Обергруппенфюрер СС. Старый колдун, приближенный к самому Гиммлеру. А Левин… Левина сейчас боятся даже самые отбитые эсэсовцы из «Аненербе». То, что творят эти двое, не поддаётся никакому здравому смыслу.

— Именно поэтому мы здесь, — произнёс я.

— Но ликвидация… Это… смело… — Он покачал головой, но не в знак осуждения, а скорее с холодным пониманием масштаба операции. — Я понимаю, что Центр не послал бы простых людей, для подобной миссии… Но вы уверены, товарищи, что это вообще возможно?

— Наступление наших войск замедлилось, а кое-где и вовсе остановилось, — вступил в разговор Ваня, его голос был низким и жестким. — И именно благодаря деятельности Вилигута и его приспешников. Это чернокнижие, эти… эксперименты с поднятием мертвецов и поставкой их в строй… Они сработали. Рейх сейчас держится только на костях и темной магии.

Шульц тяжело вздохнул. Он потер переносицу, как человек, уставший от непосильной ноши.

— Да, эта адская «машина смерти» работает и помогает рейху удерживать наши войска, а кое-где даже контратаковать… это бесспорный и ужасающий факт. Но…

Он сделал паузу, подбирая слова.

— Но всё это раскололо сам Рейх надвое. Да-да, надвое. Вы должны это тоже понимать. С одной стороны — старые прусские офицеры-католики-протестанты, генералитет вермахта. Для них Вилигут и его «Черный орден» — это проклятые еретики, пляшущие на костях Христианской церкви и немецкой воинской чести. Они презирают эту «магию», считают ее отчаянием загнанного в угол безумия.

С другой — фанатики из СС, «Аненербе», сам Гиммлер. Они верят, что именно в этом «древнем знании» и содержится ключ к победе. Между ними идет тихая, но ожесточенная война. Война за душу Рейха.

Он замолчал, давая нам осознать сказанное. В камине с громким треском лопнуло полено, выбросив сноп ярких искр.