И так оно и оказалось — стоило мне продолжить подниматься на ноги, для верности держа руки раскинутыми в сторону, как временной лаг появился снова, только теперь работал в обратную сторону — движения стали происходить позже момента, когда мозг отдал команду их выполнить. И, чем сильнее разгибались ноги, чем выше я становился, тем дольше становился этот лаг. Разница была крошечной — буквально от нуля до секунды на метр пространства, но, когда эту разницу ощущаешь своими собственными органами чувств, она кажется размером больше, чем вся Вселенная.

Это что получается, мой рассинхрон со временем зависит от моего положения в пространстве? Относительно чего? Относительно центра гравитации в данный момент? А данный момент — это какой именно, если учесть, что моё ощущение времени может не совпадать с его реальным течением⁈ Как мне понять, к каким последствиям приведут мои движения через секунду, если я даже не способен понять, где будет эта секунда через секунду⁈

Как вообще в таких условиях понять хоть что-то⁈

Мозг опять поплыл. Невероятным усилием воли я загнал на задний план все панические мысли о невозможности понять непонимаемое, и сосредоточился на том, что уже понял — ну, или думал, что понял. Медленно присел обратно на корточки, следя за своими ощущениями, и убедился в собственной правоте. Как только голова оказалась на высоте примерно метра над полом, временные линии моего мозга и моего тела снова сошлись, и конечности начали слушаться как обычно. Я размял пальцы на руках, крутнулся на одном месте на ногах, а потом ещё раз медленно поднялся, замечая, как с каждым сантиметром высоты голова уезжает всё дальше и дальше по временной линии, обгоняя весь остальной организм.

Сейчас, когда я уже был готов к этому, это не казалось чем-то подрывающим все основы мироздания, хотя и по-прежнему здорово мешало ориентироваться в пространстве и понимать, что вообще происходит. Слежение за тем, чтобы действовать сейчас, а результат действия получать лишь через секунду, занимало все сто процентов мозга, если не сто один, и, стоит только отвлечься на что-то ещё — и раздражающий момент опять превратится в натуральную катастрофу, которая заставит заново учиться существовать.

Отовсюду сразу раздался мерзко-горький сдавленный звук — у кого-то вестибулярный аппарат всё же не справился с неожиданной нагрузкой и заставил желудок опорожниться, подозревая отравление. Учитывая, что все сейчас, скорее всего, лежат на полу так же, как совсем недавно лежал я, бедолага должен был испытать невероятное и непередаваемое ощущение — когда ужин без предупреждения вылезает наружу, и только после этого возникает ощущение тошноты.