— Что там, барыня? — спросила Нюрка у меня из-за спины.

— Лучину выронила.

— Дайте-ка я посмотрю.

Она протиснулась мимо меня. Присела.

— Нашла!

Нюрка зажгла выроненную лучину от своей, вернула ее мне. Огляделась.

— А где барыня Анисья Ильинична?

Я моргнула. Вот дверь, из которой мы пришли — открытая, но тетка через наши головы точно не перепрыгивала.

Вот дверь в лавку. Закрытая. Больше деваться некуда.

— Дашка, ты где там застряла? Ключи давай!

Голос прозвучал совсем рядом. Я повернулась в ту сторону. Стена.

— Тетушка, ты где?

— Да тут я, кулема! Глаза разуй!

— В стене, что ли?

В то, что тетка стала призраком и научилась ходить сквозь стены, я не верила ни секунды. Но…

— Да что ты там копаешься!

Она выступила из темноты, я подпрыгнула… и наконец увидела в свете лучины узкий закуток. Сени были г-образными, и в прошлый раз, в свете со двора, я просто не разглядела их до конца.

Там, в глубине, и обнаружилась нужная дверь.

Тетка выхватила у меня из рук ключи, проскрежетал замок.

Пахнуло той же пылью и затхлостью, что и в лавке. И холодом изнутри действительно тянуло. Я поежилась, шагнула внутрь вслед за теткой. Приподняла лучину повыше, оглядываясь.

Печь. Огромная печь во всю стену — вот, оказывается, как отапливалось и соседнее помещение лавки. Напротив, у уличной стены — очаг с подвешенным над ним котлом, видимо, варить похлебки и греть горячую воду. Здоровенный разделочный стол и полки с кучей утвари, которая сейчас терялась в полумраке.

— Тетушка, да ты просто спасительница! Здесь не то что пуд пряников испечь — здесь полк накормить можно!

— А ты что думала? — Тетка задрала нос. — Людей-то в доме было сколько! В одной лавке только приказчиков трое да мальчишек дюжина — по всему городу покупки разносить! Про домашних слуг я вовсе не говорю. Только успевай за всеми приглядывать — зато самим воду таскать, как бабам деревенским, не приходилось.

Она сникла.

— Так я могу таскать, барыня Анисья Ильинична, — пискнула Нюрка.

Все, видать, боялась, что ее выставят на улицу.

Тетка только махнула рукой и отвернулась, утирая глаза уголком платка.

— Все будет, тетушка, дай только время. — Я обняла ее за плечи.

Тетка шмыгнула носом и выпрямилась.