Фары появились через четырнадцать минут. Мазда — та Мазда, которую Женя забрал три часа назад и которая теперь была его новой любовью, подъехала мягко, беззвучно, с той плавностью, которой у его старой Лады с механикой быть не могло. Женя за рулём, окно опущено, лицо серьёзное.

— Садись. Рассказывай.

Я сел. Захлопнул дверь. Мазда тронулась, и Женя вёл аккуратно, уверенно, и я заметил, что левая нога у него стоит на подставке, а правая работает плавно, без рывков.

— Уже привык? — спросил я.

— К автомату привыкаешь за пять минут, — сказал Женя. — К механике после автомата — никогда. Рассказывай.

Я рассказал. Коротко: звонок Элизабет, Максим ушёл три часа назад, без телефона, без охраны. Кто-то позвонил, разговор был коротким, Максим сказал «десять минут» и не вернулся.

Женя слушал молча, и пальцы на руле чуть побелели — единственный признак.

— А его охрана? — спросил он.

— Отпускают на ночь. Живёт этажом ниже.

— Охрану отпускают на ночь, — повторил Женя, и в его голосе было столько профессионального презрения, что мне захотелось с ним согласиться. — Графский наследник. Без охраны. Ночью. В Серпухове. Ром, у моих родителей охрана работает в три смены. Круглосуточно. И мы — князья. Драгомиров — хоть и граф, но с деньгами, с врагами, с делами, и он отпускает людей на ночь?

— Он считает себя в безопасности. Квартира в «Парусе», пентхаус, верхний этаж. Один вход, камеры в подъезде. Кто к нему полезет?

Хотя враги точно могли бы быть, и я даже знал потенциальных.

После всего, что было. После Авдосьи, после схемы с фальшивым диагнозом. У Драгомировых хватало врагов, и далеко не все были нейтрализованы так удобно, как хотелось бы. Авдосья сидела в родовом поместье и тратила украденные деньги. А ещё были те, о ком мы ничего не знали.

Три часа. Человек вышел по звонку и пропал. Без телефона — значит, либо забыл, либо оставил сознательно. Забыл — возможно, если спешил. Оставил — хуже, потому что это означает: он знал, что уходит ненадолго, или знал, что телефон ему не понадобится. Или — третий вариант, самый неприятный — тот, кто звонил, попросил прийти без телефона.