3 сентября, вторник, время 10:40.

Лицей, урок физкультуры.

Помогаю Вике переодеваться, аккуратно развешиваю её верхнюю одежду. Наверное, я единственный человек, который видит её алебастровое тело бесподобной лепки целиком. Хотя нет, вру. Иногда мы всей компанией ходим на пляж рядом с особняком Юльки Франзони.

Сама не утруждаюсь, сегодня я защищена от учительских домогательств полным освобождением от физкультуры. Мы в нашем индивидуальном закутке — свою раздевалку отдали мальчишкам. А то какое-то барство особо несусветное сегодня получается. Вместительное помещение всего на одну персону. Пусть и ВИП.

Так что в спортзал, где парни уже иллюстрируют своими траекториями броуновское движение, выходим в разных образах. Вика в спортивных брючках и свободной футболке, я остаюсь в школьном дресс-коде. Единственная неодобряемая учителями вольность — юбка на двадцать три миллиметра короче канона. Отговорка на случай, если найдётся уполномоченный взрослый с лазерным глазомером, готова. Я подросла за лето и достигла знакового рубежа в сто семьдесят сантиметров. Кстати, догнала в росте Вику. Выросла, так бывает, но покупать юбку следующего размера нет смысла. Размеры одежды не градуируются в миллиметрах и их долях.

Пока мысленно развиваю контртезисы на случай попрёков, подходит физкультурник:

— Молчанова, а ты чего? А, понятно…

Вот и всё, вот и все придирки!

Испытываю разочарование, смешанное с облегчением. Коктейль чувств, знакомый любому школяру, который честно готовился к уроку, но доля быть вызванным к доске ему не досталась. И то — мало ли что? Двойки-то не будет, но и пятёрка может сорваться.

— Молчанова, ты почему не сказала, что опытная волейболистка?

Спектр потенциальных придирок у учителей всегда широк, вот и для меня нашлась.

— Во-первых, вы не спрашивали. Во-вторых, а вам зачем? Волейбольной секции в школе нет. К тому же с кем играть-то? У нас в лицее девчонок-старшеклассниц даже на одну команду не наскребёшь. Хоть тотальную мобилизацию объявляй.

Нас в параллели математиков всего двое — я и Вика. У юристов ещё хуже — всего одна…