— Пистимеев рассказал. Долго смеялся. Он же поступил на ВМКТ (факультет вычислительной математики и компьютерных технологий).

— Зато на кремлёвской ёлке побывали, — подводит баланс Гризли, когда мы уже встаём.

Хихикаем на ходу с отчётливой ноткой злорадства. Мы не смогли отнять у них украденное, зато заставили заплатить полной мерой. Своим будущим. Получили — веселились, подсчитали — прослезились.

— Ваше Высочество, — уже в классе ко мне обращается Артём, за лето заметно раздавшийся в плечах. — Может, мы всё-таки отменим наше решение не участвовать в общественной жизни лицея?

Продолжает вчерашний разговор на классном часе. Наша классная дама, англичанка Людмила, очень переживает по этому поводу. Но королевское слово сказано. К тому же нам это элементарно выгодно, лицейские мероприятия не отвлекают от учёбы.

— В общественной жизни мы ещё как участвуем, наше королевство сильно расширилось, — намекаю на то, что практически весь математический факультет присягнул на верность Ледяной королеве.

Только новенькие семиклассники за бортом. Но к ним мы будем присматриваться до следующего полугодия.

— В культурной жизни лицея, — поправляется Артём.

— А нам это зачем?

— Ну, «Осенний бал» тот же…

Схватываю мгновенно. Отрокам хочется всё-таки прорваться на кремлёвскую ёлку. Вздыхаю тяжко:

— Артём, я всё равно не смогу участвовать. Мне физические нагрузки запрещены.

Парень огорчается всем лицом, но всё же не отстаёт:

— Сценаристом и режиссёром запросто сможешь.

— Смогу. Я и в прошлый раз в таком же качестве работала. Сейчас даже не знаю… сольный выход королевы такого эффекта не даст. А все невольно будут сравнивать с нашим предыдущим выступлением. Это должно быть лучше, понимаешь? Есть идеи? Нет? Вот и у меня нет.

Отменить постановление королевы они могут. Общим голосованием, как в Конституции записано. Просто не принято у нас поперёк Ледяной идти. Не комильфо.

Звонок обрывает все разговоры. Сейчас у нас химия. В этом году органическая и мне уже незнакомая.

5 сентября, четверг, время 18:10.

Москва, квартира Молчановых.

— Скажи, Эльвира, ты нарочно так делаешь? — от непривычной дозы ласковости в моём голосе женщина напрягается.

Передо мной стоит чашка с чаем, аромат которого украшен лимоном, и моё любимое безе.