Я, кажется, уже мало что понимал. Выслеживала? Так это её взгляд я чувствовал за спиной? Чего тогда не вышла? И тут я вспомнил, как петлял и бегал по лесу от мнимого преследователя. Ладно, не такого уж и мнимого, как оказалось.

Чёрт!

В глазах начало темнеть, и я дёрнулся, чтобы пальцы Юджи хоть немного соскользнули по ране, и боль вернула меня в мир.

— Да, не дёргайся ты!

Помогло. Темнота отступила, а лицо Юджи снова обрело чёткость.

Наконец, снова появилось какое-то пятно. На этот раз абориген был невысокий, но мускулистый.

— Держи, — произнёс он коротко и тут же исчез.

Юджа принялась распаковывать пакет первой помощи.

Я чувствовал, что она возится с раной. Слышал, как она тихонько ругается. Судя по словам, кровь не останавливалась, а кишки у меня торчали наружу.

Не знаю, иносказательно ли выражалась Юджа, но если то, что она говорила, имело место, то мне конец. Точнее, он уже должен был наступить. С распоротым боком слишком долго не живут, особенно когда внутренности вываливаются.

Я был слегка удивлён, ведь изначально мне показалось, что меня вообще едва задели. Но я был в пылу сражения. Болевой шок приглушил не только сознание, но и всё остальное.

Перед глазами мелькали сообщения Системы, и я только сейчас понял, что стоит на них взглянуть. Эта точно врать не станет.

[Внимание! Критическое поражение организма.

Несовместимая с жизнью потеря крови, невозможно запустить процесс коагуляции, отказ работы печени, уровень протромбинов ниже минимального значения]

Весь этот бред для меня мало что значил, я не медик, но понял лишь то, что ситуация серьёзная.

Интерфейс в едином порыве отсвечивал багрово-красным. Даже надписи с названиями навыков тоже перешли в какой-то малопонятный серо-буро-малиновый оттенок. Ничего хорошего это не предвещало.

Стоп!

Навыки. Я ведь могу исцеляться сам.

Я мельком взглянул на раду. Она никуда не делась, так и стояла на отметке в пять процентов. Наверное, чтобы преодолеть кризис хватит, а там, может, аптечка космодесов сделает своё дело.

Я попытался сосредоточиться, и сознание тут же поплыло.

— Эй, не вырубайся!

Юджа потрясла меня за плечо. Картинка двигалась рывками. Словно я на крохотные доли секунды отключался.

Боль в боку появилась. Стала тупой и давящей, нарастая с каждым ударом сердца.

Исцеление! Давай же!