— Теперь, когда он объявился и громогласно заявил о своей силе, — он будет за него. Я уверен.

Когда Ставицкий ушел, Эльдар остался один в тишине кабинета. Он смотрел на город за окном, на сеть освещённых улиц и холодных бетонных зданий. Его сын был мёртв. Но его смерть стала не просто точкой. Она стала вектором, указавшим на сложную, многослойную систему сил, в которую его наследник неумело врезался, как в стену. Эльдар теперь видел эту стену целиком.

И его задачей было не разрушить её одним ударом: это было невозможно. Его задачей было понять её структуру, найти слабые растворные швы и начать методичное, неотвратимое давление. Каждый звонок, каждый разрыв контракта, каждый административный запрос — это был не эмоциональный выпад, это был точный инженерный расчёт. Месть как бухгалтерия. Месть как управление проектом. И первый этап проекта — разведка и изоляция — был теперь официально открыт.

Тишину кабинета разрезал громкий дребезжащий звонок городского телефона. Эльдар взглянул на трубку с лёгким раздражением: внутренний номер больницы, где он проходил плановый осмотр неделю назад. Откладывать дела из-за какого-то заключения терапевта было несвоевременно, но игнорировать звонок медиков он не мог: здоровье было ресурсом, а ресурсы требовали контроля.

— Эльдар Юрьевич, говорит доктор Зайцев, — раздался в трубке озабоченный, слишком уж сочувствующий голос. — Прошу прощения за беспокойство, но нам требуется ваше срочное присутствие для уточняющих исследований. При повторном анализе ваших биохимических панелей и МРТ-снимков у консилиума возникли… серьёзные вопросы.

— Какие вопросы? — холодно спросил Баранов, всем существом ощущая, как из-под ног уходит твёрдая почва стратегий и планов.

В мире, где он выстраивал многоходовки, вдруг возникал фактор, на который нельзя было повлиять ни деньгами, ни статусом.

— Есть признаки возможного нейродегенеративного процесса на очень ранней стадии, — голос врача стал тише, почти шёпотом, как будто он сообщал государственную тайну. — Симптоматика смазанная, но ряд маркеров указывает на его наличие. Для постановки точного диагноза и исключения ошибки необходима люмбальная пункция. То есть забор спинномозговой жидкости. Сегодня. Желательно в ближайшие два часа.