Труп молодого друида нашли в канаве на другом конце города спустя три дня после смерти Старого Короля.

Спустя полторы недели после смерти Старого Короля дознавательница Королевского следственного управления Розенгарда леди Кларисса Шар-Трени имела аудиенцию у Крылатого Короля.

Для этого бессменного правителя Розенгарда сначала потребовалось поймать. Кларисса втиснулась в «окно» между встречей с министром обороны и совещанием по годовому бюджету, а сам король отменил запланированную на это время романтическую встречу.

— Тебя скоро все любовницы бросят, отец, — фыркнула Кларисса, когда он пожаловался на это, выходя из кабинета министра обороны со стопкой документов в руках.

— А, мне все равно пока не до них, — отмахнулся Крылатый Король. — Расходная часть бюджета опять не сходится с доходной, у главного казначея истерика с рыданиями. Министры лезут с претензиями, доволен только министр сельского хозяйства, потому что я согласился переименовать его в министра «развития сельского хозяйства». В пику этому министр обороны требует переименовать его в министра нападения.

— Как обычно, — констатировала дознавательница. — Зачем звал?

Крылатый Король присел на подоконник. Он даже не счет нужным заводить дочь в свой кабинет — а, может, просто боялся не успеть на совещание по бюджету.

— Вей хочет, чтобы ты вернулась в Истинную землю драконов и нашла убийцу Старого Короля, — просто сказал отец. — Знаешь, там было длинное витиеватое письмо с извинениями и восхищением моей прекрасной наследственностью и твоим профессионализмом. Хочешь знать истинную причину? Изволь: он никому не доверяет. Боится, что кто-то наткнется на его собственные секреты.

Дознавательница кивнула: она помнила, в чем дело. Молодой король Истинной земли драконов, занявший трон два года назад, имел весьма непрочные права на престол. Назначая его преемником, Старый Король тайно планировал вернуться. Когда Кларисса и лорд Магарыч выяснили, что бывший монарх подставил нынешнего специально, они поклялись молчать. Теперь, после того, как Старый Король погиб, огласка этих сведений могла развязать в соседней стране гражданскую войну.