Граф Мирен запечатал письмо тёмным воском, вдавил перстень с фамильным гербом — коронованный волк в прыжке — и некоторое время просто смотрел на оттиск, пока воск застывал. Три письма за одну ночь. Три адресата, три разных тона, три совершенно непохожие лжи, сплетённые вокруг одного и того же ядра правды: охотник должен умереть.

Первое письмо — его величеству — уже было отправлено с курьером на рассвете. С просьбой — но и с достоинством; тревожное, но без паники. Граф знал, какие струны затронуть: древняя угроза, культ, опасность для всей империи. Намёк на то, что барон Крейг — а кто ещё? — готов предоставить убежище отмеченному тьмой. Зерно, из которого при должном уходе войдёт всё, что нужно: имперское вмешательство, войска, санкция на «наведение порядка» в баронских землях. Второе — Гильдии, через посредника, разумеется, через три пары чистых рук — содержало предложение…ни в коем случае не то, от которого невозможно отказаться. Деловое, без эмоций: сто золотых за полную подборку информации. Двести — за информацию, которая гарантировано выведет на след, хотя в это Мирен не верил и сам. Гильдия не лезла в политику, не любила работать на политиков — принцип, который они блюли чуть ли религиозным рвением. Но деньги… деньги обычно оказывались убедительнее любых принципов.

Третье письмо лежало перед ним. Адресат — человек, имени которого граф предпочитал не произносить вслух, даже наедине с собой. Человек, которого знали только по прозвищу, одному из многих: Гадюка, Тень, Левая Рука. Специалист по проблемам, которые нельзя решить обычными средствами.

Дверь кабинета скрипнула. Мирен не обернулся — знал, кто вошёл. Шаги были слишком тихими для слуги, слишком уверенными для гонца.

— Ваша светлость.

Корвин — начальник личной охраны, доверенный человек, один из немногих, кто знал по-настоящему много. Невысокий, жилистый, с лицом, которое умело не выражать ничего, даже когда его обладатель кипел от ярости.

— Они прибыли, — сказал Корвин. — Двое. Как вы и просили.

— Проведи.

Мирен встал, одёрнул камзол, подошёл к камину. Повернулся спиной к огню, лицом к двери. Классическая позиция для приёма: свет бьёт в глаза посетителям, хозяин остаётся в полутени. Мелочь, но из таких мелочей складывалось преимущество.