— Пол не такой человек, чтобы улететь, не попрощавшись. Он был педантичный. Он три раза в неделю отправлял письма матери в Юджин. Я знаю, потому что он показывал мне конверты, складывал их на столе, чтобы потом отдать на отправку с попутной машиной. Он был привязанный к семье, методичный, не импульсивный. Чтобы такой человек улетел, не сказав никому, не закончив пятидневную смену и не сдав снаряжение это против его характера. Я бы скорее поверил, что он лег и умер от инфаркта, чем он улетел.

— Может, что-то случилось дома?

— Я уже думал об этом. Я даже звонил его матери в Юджин в начале июля, нашел домашний номер в блокноте, который остался у меня. Мать сказала, что Пол писал ей в июне три раза, последнее письмо отправил пятнадцатого числа. После этого она ничего не получала. Она думала, что он переехал на другой участок и пишет реже. Я ей не сказал, что Пол уволился, не знал, как это сказать по телефону женщине, которая ждет его в августе на день рождения отца.

— Адрес матери у вас есть?

— Могу посмотреть. — Он достал из кармана блокнот, полистал и нашел нужную страницу. — Вот он, сохранил на всякий случай.

— Напишите.

Бэйтс достал из кармана куртки химический карандаш «Дикон», написал на листке из блокнота Дорси:

'Мать Коннелли. Долорес Коннелли, 67 лет. Портленд, Орегон, Норт Грин-стрит, дом 1412. Телефон 503−555–4187.

Отец Пол Коннелли-старший, 71 год, ветеран Второй мировой, инвалид.'

Передал листок Дорси. Тот сложил его пополам и положил в нагрудный карман своей парки.

— Эрни, — сказал я. — Еще один вопрос. Что Пол делал на трассе в последние недели? Чем он занимался, кроме обычной геодезии?

Бэйтс задумался и с минуту смотрел в окно.

— В последние две недели Пол ездил на самостоятельные участки. Хаттон давал ему отдельные задания, не в составе бригады. Это не совсем стандартно, обычно мы работаем в парах для безопасности, особенно в неосвоенной местности. Но Пол старший геодезист, у него тридцатилетний стаж, ему позволяли. Он ездил вверх по трассе на двадцать-двадцать пять миль на участок Шипа-Пасс, это в горах между нами и Валдиз, там трасса проходит через зону вечной мерзлоты со сложным рельефом.

— И что он там делал?

— Перепроверял исходные геологические заключения. Я слышал от него один раз, в начале июня, он сказал, что у него «странные данные по подповерхностному льду». Что исходные геологические заключения не совпадают с тем, что он видит на месте.

— Что значит «не совпадают»?