Особенно это касалось Илина и Амализы. У них на шее висел приют с сиротами, и подставлять их под удар Консорциума я не имел права.

— Встречаемся завтра в полдень в точке номер один. Выдайте гонцам запасных ездовых рапторов. Берите с запасом для всех возвращающихся патрулей следопытов и тех, кто вдруг решит пойти с нами, даже если придется ехать по двое в седле.

Раздав приказы, оставил девчонок вариться в этой лихорадочной суете. Беллу я поставил на контроль у главных ворот в приказном порядке и велел сканировать периметр на предмет невидимок. После гибели Дымка именно её обостренное чутьё станет нашим лучшим радаром. Хотя, если честно, даже моей ловкой Белле трудно тягаться с теневыми ублюдками Малина, превосходящими нас по уровням вдвое.

В груди снова кольнуло очередным всплеском глухой скорби по моему раптору. Я сжал челюсти так, что скрипнули зубы, загоняя эти эмоции глубоко внутрь. Скорбеть буду потом, тихо поплачу над кружкой пойла, когда все мои люди окажутся в безопасности.

Когда Белла уже развернулась, чтобы бежать на пост, я перехватил её за плечо и притянул к себе.

— Глаз не спускай с Зелиз, — шепнул ей на ухо. — Она ни при каких условиях не должна выйти наружу.

Карие глаза Беллы сперва расширились, а затем сузились в щёлки от вспыхнувшей ярости. Она всё поняла. Короткий, хищный кивок, и она метнулась к главному входу, словно тень.

Я резко развернулся и рванул в свой кабинет, собираясь выпотрошить сейф. Мой верный инвентарь, Сундук с Уменьшением, стоял наготове. Я сгрёб в него все важные документы, контракты и векселя, затем вскрыл скрытый в стене тайник. Там лежала заначка на самый черный день, в том числе и те самые две монеты из божественного металла, от которых фонило скрытой мощью. Я выгреб всё подчистую, не оставив Малину ни медного гроша.

Время поджимало. Чтобы не петлять по коридорам, схватил тяжёлый дубовый стул и с размаху высадил окно. Осколки стекла брызнули наружу. Выпрыгнув на крышу пристройки, спружинил и мягко приземлился в глубокий, обжигающе холодный снег. Морозный воздух ударил в лёгкие, проясняя мысли. Я рванул к конюшням помогать выводить лошадей и перегонять их к парадным дверям.

Лионелия и несколько перепуганных служанок уже вывели рапторов из загона. Стая жалобно, хрипло клекотала, проходя мимо окровавленного тела своего вожака. От этого звука мороз пробегал по коже. Большинство ящеров уже оседлали для гонцов Ирен, остальных спешно загоняли прямо в просторный Большой зал поместья.