Центральное отделение жандармерии.

Дверь в кабинет приоткрылась, и вошедшая молодая унтер-офицер, переступив порог, поклонилась.

— Ваше императорское высочество, Ларионов доставлен, — сообщила блондинка.

— Спасибо, Верочка, сейчас пойдём, — ответила Анна Павловна, не отрывая взгляда от монитора, на котором что-то читала.

Родная сестра великого князя, курирующего жандармерию, редко пользовалась своим положением. Однако никому в ведомстве и в голову бы не пришло оспаривать её право здесь находиться и работать. Формально Анне Павловне Долгоруковой никто подчиняться не должен был, однако Виктор Павлович однажды уже задал вопрос своему подчинённому, почему запрос его сестры был проигнорирован. Больше подобных инцидентов не случалось.

— Всё, я готова, — с милой улыбкой объявила Анна Павловна, выключая компьютер. — Проводишь старушку, Верочка?

Унтер-офицер снова поклонилась.

— Никакая вы не старушка, ваше императорское высочество. Вам ещё жить и жить, — возразила она.

— Эх, был бы твой отец постарше, я бы, может, ещё раз замуж вышла, — с родительским теплом в голосе вздохнула Долгорукова. — Вон какая у него ладная дочурка выросла. Ну, пойдём.

Вера Дмитриевна пошла впереди, ведя великую княгиню по коридорам жандармерии. Они быстро спустились в подвал, и Анна Павловна практически мгновенно перестала понимать, где именно они находятся. Если бы не гвардейцы Долгоруковых, стоящие на каждом повороте, может быть, она бы и переживать начала.

Ведущая её унтер-офицер же думала о том, почему именно её затребовала себе её императорское высочество. Да, отец был знаком с великой княгиней и по страшному секрету, когда считал, что умирает от болезни, рассказал дочери о том, как однажды чуть не стал великим князем. Однако говорить об этом, а тем более показывать свою осведомлённость перед самой Анной Павловной, Вера не собиралась.