Но к моему удивлению, любящий пожевать зарядки и прочие проводки кот не стал пробовать на зуб чужие магистрали. Вдумчиво понюхав киборговую руку, мой не самый любвеобильный по натуре зверь тут же начал тереться о нее, как загулявшая кошка. И утробно мурчать, будто где-то успел раздобыть бутылек валерьянки.

«Что? Зачем ты снова выпустила эту органическую, излишне волосатую и не особо полезную боевую единицу? И почему она пытается забить мои сочленения собственным мехом?»

Тут Слоня решил применить тяжелую артиллерию и запрыгнуть прямо на грудь системе.

«Бездна, что это за звук⁈ Почему я, кажется, резонирую⁈»

— МУР-Р-Р-Р-РМУРМУРМУР! — донеслось уже откуда-то изнутри киборга. Тот и сам недоуменно взглянул на собственный живот.

— Э… погоди, нам снова сменили демона? С железного на кошачьего? — Саша заинтересованно вскинулся от штурвала и принялся вглядываться в то место, из которого доносился звук пушистого удовольствия. Киборга он до сих пор так и не видел, судя по всему.

— Нет, просто в железного усилитель встроен. Он с нашим котом резонирует, — не менее ошеломленно пояснила я, глядя, как наглый Слон карабкается по застывшему в блаженном «мурмуре» киборгу и устраивается на железных плечах с удобством, словно роскошный меховой воротник.

«Кажется, частоты наших двигателей совпадают, — удивленно протянул сороковой. — Это так… странно!»

«Ага. Но это мой котик. Слоня, кис-кис! Вот, умничка».

«Он решил, что ты сейчас будешь заправлять его топливный бак?» — заинтересовался сороковой.

«Угу. Я никогда не обижаю котиков, знаешь ли. А вот киборгов — случается! В частности тех, кто много вредничает, не дает заслуженных наград, не подсчитывает очки по первой просьбе!»

— Мяу, — внезапно вступился за своего нового друга Слоня, умильно складывая лапки на мои колени и смотря на меня глазами своего кумира. Ага, того самого, из мультика про Шрека. Только вот Слоне явно больше нравилась более поздняя версия кота из «Шрек навсегда» — круглая.

Так, не это главное. У нас что, бунт на корабле? Точнее, в поезде?

— Коты — это, конечно, святое, — вздохнул Александр, подозрительно глядя на какие-то то ли спидометры, то ли термометры левее штурвала. — Но у нас тут легкая… проблема. Точнее, воздушная погоня. За нами пустили авиацию. А поезд успел проголодаться. Если не покормить Ужаса, он непроизвольно начинает переваривать пассажиров.

— У нас есть пассажиры? — удивилась я.