Один из рейдеров поднялся и прошёл к контейнеру. Пси-поле отметило движение руки, короткий жест над замком, затем крышка открылась. Внутри лежали плоские пластины, запасные аккумуляторы и несколько тонких металлических цилиндров.

— Снизу уже вернулись? — спросил другой.

— Два часа назад, — ответил тот, кто возился с контейнером. — Притащили только грязь на сапогах.

— А следы змей?

Я внутренне подобрался.

Голос принадлежал мужчине, сидевшему у стены. Он говорил негромко, но замкнутое пространство донесло слова идеально.

Второй рейдер покачал головой.

— Ничего нового. Те чешуйки — единственная зацепка. И нам ещё повезло, что вообще на них наткнулись. Если бы командир после разбивки лагеря не отправил людей вниз проверить глубокие ходы, никто бы туда и не полез.

— Командиру всегда везёт, — усмехнулся первый.

— Это не везение. Он просто не любит оставлять непроверенные дыры за спиной.

— Называй как хочешь. Остальные кланы и охотники теперь будут прочёсывать сотни километров отсюда. А если змеи действительно живут внизу, в этих пещерах, мы получим фору в несколько дней.

Фора в несколько дней. Вот теперь всё стало серьёзнее.

Я медленно выдохнул, не двигаясь с места. Радужных змей искали не только люди из Икара. Клан Ворона уже нашёл чешуйки и, судя по разговору, сделал правильный вывод: твари могут жить не там, где их встретили.

Рейдер у контейнера что-то достал из инвентаря.

Пси-поле поймало небольшой предмет между его пальцами. Тонкая изогнутая пластина, похожая на кусок чешуи. Через секунду предмет вспыхнул мягким светом.

Рейдер держал её бережно, хотя старался выглядеть равнодушным. Двумя пальцами, за край, не сжимая. Либо боялся повредить, либо уже получил приказ обращаться с находкой аккуратно. Оба варианта говорили одно: чешуйка ценна не только для разговоров у костра.

Она переливалась несколькими цветами. Не ярко, но устойчиво. Даже после того, как чешуйка оказалась отдельно от тела, в ней оставался слабый след энергии.

— Красивые, должно быть, твари, — произнёс рейдер. — Если даже кусок чешуи до сих пор светится.