Если Моника думает, что он позволит ей оставаться хозяйкой положения, то она глубоко заблуждается! Он – мужчина и готов взять на себя ответственность за любые последствия.

– Я буду рожать.

– Хорошо. Назначай дату свадьбы.

За прошедший месяц Евдоким успел сто раз подумать, перебрать все возможности и смириться с мыслью, что Моника может стать его женой. Убедил себя, что это не худший вариант: внучка русских эмигрантов из Канады была привлекательна внешне, горяча в постели и талантлива в науках. Не зря же попала в программу по обмену. Даже если она потребует, чтобы он вслед за женой и ребенком переехал в Канаду – для него, Кима, это проблемой не станет. Английским он владел отлично и был уверен, что без работы не останется.

– Евдоким. – Моника тряхнула головой и вздохнула. – У меня в Канаде есть жених. Он ждет меня.

– Тогда что ты предлагаешь? Зачем собралась рожать? Твой жених примет тебя с ребенком? – Ким перестал что-либо понимать.

– Ребенка я оставлю тебе или напишу отказ, и его отдадут на усыновление.

– Моего ребенка – на усыновление?! – Евдоким Николаевич схватил студентку за плечи, тряхнул несильно – все же она беременна, не навредить бы! – Что у тебя в голове, Моника?!

– У меня отрицательный резус. Мне нельзя делать аборт. – На темных ресницах девушки задрожали слезинки. – Я не хочу оставаться в России, а родители и жених не примут меня, если я приеду не одна!

– Понятно. Значит, решила сделать меня отцом-одиночкой.

– Прости! Ты был такой неприступный. Мы с девчонками поспорили…

– О чем?

– О твоей ориентации. – Эти слова Моника произнесла по-английски, но Ким их прекрасно понял. – Я думала, тебе нравятся мальчики, поэтому ты ни на кого не обращаешь внимания. Решила проверить… – договорила девица уже на русском.

– Проверила?! – Ким почувствовал, что звереет.

Резко отпустил плечи Моники, отошел подальше, к окну. Уж очень хотелось хорошенько отшлепать эту двадцатилетнюю идиотку, задать ей знатную трепку! Но международный скандал мог привести Кима в тюрьму, его научного руководителя – к досрочному выходу на пенсию. В общем, приходилось держать себя в руках!

Но подумать только – из-за глупого спора Моника теперь сломает жизнь себе, ему и их нерожденному малышу!

Моника всхлипнула, а потом закричала на него, местами переходя на родной английский: