Но понимал, что игра уже проиграна. Они ведь пришли не случайно, явились по наводке. Все плыло, и мысли сложновато стало отлепить одну от другой. А всё-таки я вспомнил весь разговор у Пальчикова. И первым делом подумал на криминального авторитета Старого — Александра Старченко. Только что он купил у меня дом и большой участок земли со всеми пристройками, а теперь решил и отжать обратно деньги. Но нет. Вряд ли…

Пальчиков. Ух и сволота же ты, Илья Константинович!

— Дед, ты давай не молчи. У меня-то времени нет, у меня таких дел — до…. Так что давай деньги. А то придётся всё здесь у тебя разворошить, и мы ведь найдём… Но заодно тебе будет ну очень больно.

— Мы найдем деньги. А потом найдут тебя, — поддержал своего подельника другой бандит.

Этот уже начал лазить по моим шкафам.

— Сынки, я же сказал, что денег нет и не предвидится. Оставили бы вы пенсионера в покое, — сказал я, одновременно прикидывая, каковы шансы.

Шанс всё-таки просматривался. Я ведь не книжный червь, и единоборствами увлекался — правда, не факт, что это поможет мне против двух здоровых лбов, да ещё и вооружённых. Только теперь у одного из них я заметил за поясом пистолет.

С другой стороны, они сейчас с открытыми лицами. Я их вижу, и если они думают, что старику много не надо, ничего после удара не видит, то не обрадую. И уж плохо ли, хорошо ли справляется наша милиция, но она работает. А ещё работает сарафанное радио. Если будет известно, что меня ограбили какие-то бандиты, а меня в городе знают, то, может, и общественность своё слово скажет. Не выкрутятся.

— Вы пришли от Старого? — спросил я слабым голосом.

Мне это нужно было знать.

— Ты что, дед, Старого знаешь? — спохватился тот, что всё стоял напротив меня и играл с ножом.

— Знаю, — не соврал я.

Молодой и наглый тут же потупился и проглотил ком в горле. Он постоял, посмотрел на меня, на дверь…

— Поздняк метаться, Крава! Старый за одно упоминание своего погоняла с говном сожрёт, — оборвал своего товарища второй бандит, который открыл шкаф, где было всё самое дорогое.

И, нет, это не деньги, не драгоценности. Там была моя правда, память, честь.

Этот Крава посмотрел на напарника, а когда снова глянул на меня, показалось, что окончательно превратился в зверя.

— Где деньги, дед! Говори, мля! — рявкнул он.

Человеческую психологию я немного понимаю. Бандиты решились не только на грабёж, но и на то, чтобы не оставлять после себя свидетелей.

— О, ну охренеть! Дед, ты че, воевал? — мелкий и вертлявый явно добрался до моего кителя.