Из шалаша, где остались Белк и беснующийся Ранд, кубарем вылетел Сови. Шаман рухнул на землю, пытаясь отползти, но ноги заплетались, руки скребли по земле, оставляя глубокие борозды. Его посох остался внутри.

— Там… — выдохнул он, глядя на нас белыми от ужаса глазами. — Он…

Я рванул внутрь, даже не думая.

В полутьме жилища творилось нечто невообразимое. Белк едва удерживал Ранда, который бился с нечеловеческой силой. Его глаза горели безумным огнём, на губах выступила пена.

— Вака убьёт меня! Он убьёт меня! — ревел он. Голос его сорвался на визг. — Не надо, прошу! Вака! Вака-а-а-а!

Я налетел сверху, помогая Белку прижать его к земле.

— Ранд! — крикнул я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, хотя сердце колотилось где-то в горле. — Ранд, всё нормально! Ваки тут нет! Слышишь? Нет Ваки!

— Он идёт! — Ранд дёрнулся так, что мы едва не слетели. — Я молодой волк! Я избранник Белого Волка! Я новый Горм! Я…

— Всё хорошо! — я надавил сильнее, стараясь поймать его взгляд. — Ты молодой волк! Ты сильный волк! Вака ушёл, его нет. Всё в порядке. Слышишь? Всё в порядке.

Я повторял это снова и снова, как мантру, как заклинание, как единственную нить, за которую можно удержать его в реальности. Нужно было срочно найти мельчайший элемент сохранившегося рассудка, успокоить его.

Постепенно тело его слабело, а я продолжал спокойно говорить с ним. Что всё будет нормально, что стая гордится им, что он лучший охотник. Я говорил то, что он желал слышать. В жилище заходили люди, но я одним взглядом давал им понять, что нельзя подходить. Любое неверное слово могло стать триггером. И к моему счастью, через какое-то время тело его обмякло, но я чувствовал, как под кожей всё ещё дрожат мышцы, готовые взорваться новой вспышкой.

— Держим, — прошептал я Белку.

В проёме показалось лицо Уны.

— Ремни! — крикнул я. — И большую шкуру! Срочно!

Она исчезла. В жилище втиснулся Хага. Я подозвал его. Объяснил, что нужно держать ноги. Втроём мы кое-как удерживали Ранда, который то затихал, то снова начинал рваться, бормоча что-то невнятное.

Уна вскоре вернулась со шкурой и ремнями. Мы связали Ранда, стянув руки и ноги в области колен и запястий. Деревянная шина на ноге была разбита вдребезги, но вот ремни держались. А в каком состоянии сама нога, я и представить не мог. Но визуально она осталась прямой. Но это не внушало оптимизма.