Почему это для нас важно, объяснил Чичерин: наибольшую выгоду при денежном обращении получает именно эмитент. Особенно это касается денежных единиц из недрагоценных материалов. Ведь для нас медь и алюминиевая бронза обходятся даже дешевле, чем чеканка из них монет. К тому же, за счёт «конструктивных особенностей» наши монеты более любых других защищены от «порчи», и только за счёт одного этого уже завоевали «авторитет». А чеканим мы их из толстой медной проволоки (контактная сеть электротранспорта), завезённой из будущего, и бронзы, выплавленной уже здесь: тоже медь, только «черновая», и алюминиевые слитки.

В общем, цена этих монет достаточно условная, поскольку, например, в бронзовых монетах меди намного меньше, чем в «чистых медяках». Зато присутствует алюминий, цену которого здесь не ведают, поскольку не научились его получать. Если гнаться за прибылью, то её можно установить даже выше, чем у золота, поскольку мы в обладании «крылатым металлом» монополисты. Вот только решили не наглеть, ведь деньги стоят ровно столько, во сколько оценивают их эмитенты и «пользователи». Это подтверждается и ракушками-каури, и бумажными купюрами.

С серебром возни больше. Особенно — с монетным. Дело в том, что монеты разных времён изготовления и разных стран очень отличаются друг от друга содержанием лигатуры. То есть, добавок к благородному металлу. Потому и приходится всё это заново переплавлять и методом аффинажа «выравнивать» содержание серебра перед производством уже наших, содержащих строго нормируемое количество чистого металла.

Да, изредка у купцов и покупателей имеются и золотые монеты. Но именно изредка, поскольку используются они, в основном, в качестве накопительного средства. Поэтому мы пока и воздерживаемся от чеканки золотых денег. Хотя, насколько мне известно, запас золотых слитков в подвалах казначейства имеется. Просто нам нечего на такие монеты покупать.

Что-то я отвлёкся…

Первым делом мне надо организовать торговую площадку. Грубо говоря, стационарный рынок с лавками, как временными, так и стационарными, совмещёнными с жильём купцов, постоянно «прописавшихся» в Студенце. Этакий обнесённый частоколом (на первое время — только частоколом) посад, только «заточенный» под торговлю. С грузовыми воротами, выходящими к реке, где летом работает паром, а зимой ледовая переправа, с надёжными каменными (по Дону очень много выходов известняка) складами.

Но самое главное — с ремесленными мастерскими. Именно ремесленников следует переманивать из соседних городов как Рязанщины, так и Великого Княжества Черниговского. Чтобы именно в Студенце сформировался ремесленный центр, ориентированный на западные и северо-западные княжества Руси. Ремесленники ведь — это не только производство «средневековых» товаров, но и «зародыш» будущей промышленности хотя бы уровня начала эпохи Нового Времени.