«Сколько нужно времени?»

«Минимум две недели для базового восстановления».

«А что с твоими функциями? Насколько ты повреждена?»

«Полная интеграция моих функций займет больше времени. Часть моих модулей была повреждена при серьёзной травме вашего мозга. Я восстанавливаю их постепенно, но это весьма длительный процесс».

Лёва протянул мне стакан. Я попытался взять его рукой, но пальцы не слушались и стакан опасно накренился. Лёва тут же подхватил его, помог мне приподнять голову и поднёс ко рту.

— Пейте, Родион Константинович. Вам нужно пить. Врачи сказали, что обезвоживание сильное.

Я сделал несколько глотков. Вода была теплой, с привкусом металла и хлорки, но она освежила пересохшее горло.

— Как авария произошла? — спросил я, глядя ему в глаза. — Помнишь детали?

Лёва замялся. Он отвел взгляд, начал поправлять одеяло на моей кровати, хотя оно и так лежало ровно.

— Ну… как обычно аварии происходят… Водитель грузовика утверждает, что вы выскочили неожиданно и прямо ему под колёса. Он не успел среагировать — даже тормозного следа не было вовсе. Но отрабатывали все возможные версии, — поделился он со мной, — даже диверсию иностранных спецслужб.

— Диверсию? — Я весьма удивился. — Откуда вы это взяли?

— Ну, да… После всего, что мы сделали буквально за несколько дней — обнаружили контейнер, оживили отрубленную голову, спасли детей… А нашей работой заинтересовался сам Брежнев… Могло случиться что угодно!

— Кто бы мог подумать? — Я покачал головой, а затем поморщился от прострелившей затылок острой боли.

— Мы не знаем, случайно это произошло или нет, — Лёва пожал плечами. — Яковлев взял твоё дело под личный контроль. Но вы же знаете Эдуарда Николаевича…

Эдуард Николаевич — это Яковлев. Генерал-майор КГБ, начальник нашего института. В «Ветви Бета» он стал Генеральным секретарем после Брежнева. Человеком, который круто изменил историю в параллельной реальности. Сейчас он просто мой начальник, который еще ничего не знает о своем возможном будущем.

— Ох! — схватился за голову Лёва. — Я же за врачом должен бежать! Сообщить, что ты из комы вышел…

— Слушай, а ты как вообще здесь очутился?

— Давай потом — я тебе всё расскажу! — И он умчался куда-то из палаты.