Я сразу не ответил. Начал смотреть вокруг, потому что такие задачи с ходу красивыми словами не решались. Нужен был ход попроще и понаглее, чтобы всё выглядело как бытовуха, а не как заметание следов. Чуть дальше, у перекошенного гаража, какой-то мужик возился со старым «Москвичом».

Мужик сел за руль, повернул ключ. Стартер натужно провернулся раз, другой, потом двигатель кашлянул, дёрнулся и заглох. Мужик выругался себе под нос, опять попробовал, но опять впустую. Я постоял секунду, посмотрел на это и понял, что ответ, кажется, сам выполз мне под нос.

— Погоди здесь, — бросил я Шмелю.

— Куда?

— Сейчас увидишь.

Я пошёл к мужику. Он как раз вылез из салона, хлопнул дверью и с раздражением уставился на свою колымагу.

— Заглохла? — спросил я.

Он обернулся, окинул меня быстрым взглядом и буркнул:

— Да эта падла через раз заводится. То едет, то характер показывает. Уже замучила.

Я подошёл ближе, глянул на передок и то, как машина стоит носом чуть в уклон, и сказал:

— Давай, с толкача попробуем.

Мужик фыркнул, но тут же кивнул.

— А давай. Один я её уже задолбался пинать.

Я упёрся руками в багажник «Москвича». Мужик запрыгнул за руль, высунул локоть в окно и крикнул:

— Давай! Раз, два!

Я навалился. Машина нехотя покатилась, сперва тяжело, потом легче. Колёса зашуршали по асфальту. Мужик провернул ключ, двигатель вдруг чихнул, затарахтел, захлебнулся на секунду и потом всё-таки завёлся. Из трубы вылетело облако сизого дыма.

— Во! — радостно заорал мужик, высунувшись в окно. — Во, зараза! Живая ещё!

Я отошёл, вытирая ладони о штаны. Мужик, не глуша мотор, вылез, захлопнул дверь и с уважением посмотрел на меня.

— Спасибо, братец. А то я б тут до ночи с ней плясал.

— Да не за что, — сказал я. — Что у неё, зажигание дурит?

Мужик махнул рукой.

— У неё всё дурит. Она вся уже сыплется. На дачу ездить скоро не на чем будет. То свечи, то карбюратор, то стартер, то ещё какая дрянь. Наш автопром, мать его… У немцев машины как машины. Вот как так, а? Мы их победили, а ездят нормально всё равно они.

Я усмехнулся. Мужик заметил это и завёлся ещё чуть сильнее:

— Я тебе серьёзно говорю. У соседа «Опель» пригнанный, так тот зимой заводится, будто ему вообще плевать. А тут с родной машиной как с капризной бабой: уговаривай, бегай, пинай, только тогда поедет.

— Бывает, — сказал я и огляделся по сторонам уже внимательнее.

Гаражи стояли плотным рядом. Наша машина была чуть поодаль. Решение складывалось быстро, прямо на глазах. Не идеальное, конечно, зато живое.