Место для наблюдения за торговым домишкой можно было бы счесть удачным, если бы не столпотворение у дверей того заведения. Поначалу Смерд и вовсе терялся в догадках, чего там так толпится народ. Цырю, поскольку его не знала ни баронесса, ни ее мудаковатый воздыхатель, Ашот послал на разведку. Тот должен был проверить, что за странная суета, заодно узнать, нет ли на месте хозяина «Богатея».

Тот отчего-то слишком задержался, вернулся лишь через полчаса. Пока Цыри не было, Осипян успел осушить два бокала пива, при этом не особо внимательно поглядывая в окно. По его мнению, затея Малевича была дурной. На кой хрен торчать здесь, да еще целый день? Ну срисуют они этого Рублева — фамилию его Дуршлаг выведал еще вчера к вечеру. Ну отметят, когда он появляется, на чем приезжает. Дальше-то что? Не здесь же его брать!

Борецкий в этом плане мыслил намного светлее Ко́зи. Вацлав прямо сказал, что самое здравое — это найти, где проживает Кошкин дружок. Как его адрес станет известен, так все решить можно в тот же день, даже не привлекая крепких ребят Упыря. Самим подкатить по нужному адресу, лучше тихой ночкой. Тихо вломиться и тихо отправить Рублика на встречу с богами, а дом его сжечь. Все: нет дома, нет тела и проблем нет! Есть только намек Кошке, что с ней может случиться то же самое. И чтобы этого не случилось, то нужно поскорее покаяться, стать ласковой к своим бывшим друзьям, кого она так вероломно бросила.

Можно было бы и по-другому сделать: сначала для верности узнать, кто проживает в доме Рублика кроме него самого. Узнать, где окно его спальни. Опять же подкатить туда темной ночкой, взять его спящим, руки связать, кляп в рот и отвезти на Алхимическую или вообще в сараи, что за пустырями. Потом послать весточку Кошке, мол, приходи поглазеть, как страдает твой ебун корявый. Если он для баронессы интерес представляет, то приедет. А нет, так ее не сложно будет отловить позже. А мысли Малевича, будто Кошку и ее дружка нужно непременно брать вместе — это чистой воды глупость, которая лишь создает всем ненужные сложности.