Гном обрушил на меня огромный каменный кулак, размером с меня. Я не стал уворачиваться, а встретил его встречным ударом из пяти клинков, сложенных в пробивающую конструкцию. Они вонзились в каменный кулак, разбивая его на части. Осколки от него разлетелись по залу.

Ундина попыталась взять меня в водяной плен. Струи обвили мои ноги и руки. Я создал вокруг волну огня, достаточную, чтобы превратить воду в пар. Клубы пара всё сильнее заволокали зал, и в этой пелене я видел только силуэты элементалей.

Я закрыл глаза и положился на магическое чутьё.

Гном был слева, его мана пульсировала тяжело и ровно. Я отправил туда своё плетение, решив бить подобное подобным. Пол под Гномом вздыбился, отбрасывая его назад.

Саламандра оказалась справа, её мана кипела, как лава. Я создал между нами водяную сеть, тонкую, почти невидимую, но опасную для огненной сущности. Сеть коснулась Саламандры, и она взвизгнула, смогла разорвать её, но отступила.

Ундина и Сильф атаковали вместе. Вода и воздух смешались в единый шторм, который обрушился на меня. Я, в ответ, создал вокруг себя земляной кокон. Шторм бил в кокон, но он держался. Я ждал. Ждал, когда шторм ослабнет. И поймав момент, я ударил.

Град каменных стрел вылетел одновременно. Одна стрела попала в плечо Сильф, не нанеся раны, но отбросив назад. Вторая достала Ундине. Остальным элементалям тоже прилетело, вынудив их уйти в оборону.

Я выбрался из кокона. Мана во мне ещё бурлила. Год тренировок не прошёл даром.

Элементали перегруппировались. Гном встал в центре, создавая вокруг себя каменную броню. Ундина и Сильф заняли позиции по бокам, готовя новую комбинированную атаку. Саламандра присела, и её тело начало раскаляться добела, пока она готовила что-то мощное.

Я не стал ждать. Клинки устремились вперёд, не давая им соединить свои силы. Но они не сдавались. Саламандра атаковала вновь. Огненный луч, узкий и сконцентрированный, ударил в меня. Я выставил перед собой каменный щит, но луч прошёл сквозь него, как сквозь бумагу. Пришлось уходить в сторону. Луч обжёг стену за моей спиной, оставляя глубокую оплавленную борозду.

Саламандра повернулась ко мне, готовя новый удар. Но я уже был в движении. Я выпустил широкую волну мороза. Пол под Саламандрой покрылся льдом, и её огненная сущность дрогнула от холода.

— Неплохо, — прорычала она, и её глаза-угольки сверкнули. — Но этого недостаточно.