Махров Алексей Михайлович

Это теперь моя война. Книга 7. Игра переходит в эндшпиль

Глава 1

9 февраля 1942 года

Ночь

— Собрались переезжать, молодые люди? — спросил Корф максимально дружелюбным тоном с легкой долей иронии. — Помочь вещички погрузить?

Я стоял, замерев, положив ладонь на борт кузова «Шкоды». Холодный металл обжигал пальцы даже сквозь перчатку. Валуев стоял, не шевелясь, опустив руку с пистолетом вдоль тела, внешне совершенно спокойный, и только вспухшие на скулах желваки выдавали его напряжение. Я лихорадочно просчитывал варианты на прорыв с боем — один хуже другого — все они заканчивались нашей с Петей немедленной смертью. Оставалась единственная возможность выжить — попытаться уболтать врагов.

А Корф тем временем не спеша обошел пикапчик, носком начищенного сапога потрогал тело Марцина. Поляк лежал лицом в снег, вздернув связанные руки. Кровь из раны на спине уже не текла — замерзла на морозе, превратившись в темно–бурую корку.

Пар от дыхания изо рта штурмбанфюрера вырывался ровными клубами — он дышал размеренно, как сытый хищник. Но при этом эсэсовец двигался максимально осторожно — ни разу не встал между нами и автоматчиками, не перекрывал им сектора стрельбы.

— Что здесь произошло, Шварц? — наконец спросил Корф, поднимая на меня холодные голубые глаза.

Его тон был по–прежнему дружелюбный, почти светский. Но в глубине зрачков таилась сталь. Ладно, начнем «бутафорить»…

— Герр штурмбанфюрер, — начал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — я могу все объяснить.

— Ну–ка, попробуйте, Шварц! — весело предложил Корф. — Интересно послушать!

— На меня напал вот этот бандит! — сказал я, указывая рукой на тело аковца. — Мне удалось отбиться при помощи унтер–офицера Беккера. Мы связали бандита и хотели отвезти его в комендатуру. Но при виде ваших солдат этот тип хотел сбежать. И Беккеру пришлось пристрелить его.

— Очень, очень интересная история, Шварц! — Корф отошел от тела и встал напротив меня, заложив руки за спину. — Вы ведь не против поехать с нами в управление и там дать показания?

— Конечно, герр штурбанфюрер! — послушно кивнул я. — Мы ведь все равно собирались в комендатуру.