— Защищать Императора! — наконец выкрикнул начальник охраны, выхватывая меч.

Вперед выскочили два старших мага Сената. Седые, убеленные сединами старцы, с ног до головы увешанные орденами. Оба — Одиннадцатая Тень. Абсолютный, недосягаемый предел мощи в современном мире. Живые легенды, одним словом стиравшие с лица земли крепости.

Они вскинули посохи, и зал мгновенно наполнился гудящей, смертоносной магией.

Две колоссальные стихийные воронки — огненная и ледяная — устремились к центру стола.

Октавиан, все еще сохраняющий остаточный контроль над телом Мироса через единственную уцелевшую нить, дернул пальцем.

Мирос, закатив глаза, небрежно, почти лениво взмахнул рукой.

Два ультимативных заклинания просто… рассыпались в пыль. А в следующую секунду чудовищное, гравитационное давление ауры Двенадцатой Тени обрушилось на Сенат.

Оба старших мага с хрипом рухнули на колени, придавленные к полу невидимой плитой. За ними попадали гвардейцы. Сенаторы распластались по креслам, не в силах даже вздохнуть. Императора вжало в золотой трон.

Свободно стоять могли только Вейн и Элис, прикрытые моими контурами искажения, да я сам, чье тело тихо потрескивало, игнорируя законы местного давления.

Октавиан, истекая кровью на полированном столе, окинул безумным взглядом зал. Он увидел Императора и Сенат.

Октавиан открыл рот, и через Мироса на весь зал обрушился громоподобный, усиленный божественной магией голос:

— СМЕРТНЫЕ! ВАШЕ ВРЕМЯ ЖАЛКИХ РАСПРЕЙ ОКОНЧЕНО! Я, МИРОС СВЕТОНОСНЫЙ, ВЕРНУЛСЯ ИЗ ЗАБВЕНИЯ, ДАБЫ ОЧИСТИТЬ ЭТОТ МИР ОТ СКВЕРНЫ БЮРОКРАТИИ И ГРЕХА!

— Мирос? — Император Юлиан в шоке смотрел на архимага и на его двенадцать Теней.

Пока голос сотрясал уцелевшие витражи Сената, настоящее сознание Мироса отчаянно билось внутри собственного тела. Его лицо сохраняло суровую маску величия, но глаза… Глаза Архимага метались по залу в панике и отчаянии.

Он посмотрел на меня. И отчаянно, как потерпевший кораблекрушение, замигал мне, отбивая веками азбуку шифрования (мы пользовались этим трюком ещё в Академии на экзаменах).

— «ВАЛЕРА! УБЕЙ ЕГО! ОН НЕСЕТ ЧУШЬ! Я НЕ ХОЧУ ПРАВИТЬ ЭТИМИ ИДИОТАМИ! ВАЛЕРА, ВЫРУЧАЙ!»