— Я Девятая Тень, капитан. Место моего Гравитационного Пресса там, где ломаются хребты.

Из динамика радиостанции донеслось булькающее эхо:

— 「Г н о м и к… п р и с м о т р и т… з а… ш т, а б о м. Т ё т я… П и н а… м о ж е т… и д т и… л о м, а т ь…」

Агриппина даже не усмехнулась. И просто молча отправилась в сторону десантных капсул…

Через три минуты «Стальной Корсет» обрушилась на поле боя, как метеорит.

Аура Девятой Тени развернулась с оглушительным, давящим гулом. Гравитационный пресс Агриппины ударил по наступающему авангарду мутантов. Земля просела на полметра, сотни кислотных волков и десятки энтов просто превратились в плоские, влажные лепешки.

Генерал Легиона не стала тратить ману на изящные заклинания. Остовы двух сгоревших броневиков, повинуясь её воле, с визгом рвущегося металла взмыли в воздух, скрутились в два гигантских стальных шара с шипами. Они врезались в толпу тварей, перемалывая всё на своем пути с энтузиазмом мясорубки.

Легионеры, увидев своего Главнокомандующего на передовой, воспряли духом.

Но Лес не собирался сдаваться.

Земля содрогнулась. Из чащи, ломая вековые стволы, вышло… Нечто. От его вида даже у ветеранов Легиона побелели костяшки пальцев.

Исполинский, тридцатиметровый Бегемот Бездны. Гора черных, пульсирующих мышц, переплетенная гнилыми корнями и покрытая хитиновой броней. Вместо морды у него зияла воронка, усеянная тысячами зубов, из которой капала кислота, плавящая камень.

Залп тяжелых огнеметов лишь слегка подпалил его шкуру. Тварь издала рев, от которого полопались барабанные перепонки у ближайших солдат, и двинулась прямо на позиции Агриппины.

Генерал сплюнула шляпку алхимического гвоздя. Свела руки вместе, концентрируя все Тени для одного, смертоносного удара. Она понимала, что если не убьет эту тварь сейчас, то погибнет сама, а за ней падет и фланг.

Она приготовилась ударить. Бегемот Бездны приготовился к рывку.

И в этот самый драматичный, напряженный, звенящий от пафоса момент… небеса над полем боя треснули по швам.

Прямо над головой гигантского монстра, метрах в пятидесяти над землей, открылась пространственная дыра. Дикая, переливающаяся пикселями и фиолетовой скверной рваная рана в реальности.

Агриппина замерла. Бегемот Бездны тоже задрал свою безглазую морду вверх. Весь фронт, по обе стороны баррикад, на секунду застыл и уставился в небо.