Я дождался, пока шаман скрылся с четвертым мешком. Думал, пойти… но быстро избавил себя от этой навязчивой мысли. Идти за ним следом прямо сейчас — верх глупости. Он мог остановиться, прислушаться. Но если подождать, когда он понесет последнюю ношу… Он будет сосредоточен на тяжести, на завершении задачи. Мысленно он уже будет там, в своем тайнике, раскладывать сокровища. Именно тогда его бдительность должна притупиться.

Мысленно и с юмором, я уже представлял, как отчитываю самого себя за эту авантюру.

«И ради чего? Ради мешков с сушеными лягушачьими лапками? Может, он просто вывозит мусор?»

Но нет. Слишком таинственно, слишком расчетливо для мусора. Это пахло настоящим делом.

Он появился в очередной раз, подошел к последнему мешку. В лунном свете, пробивавшемся сквозь кроны деревьев, его лицо не выражало — ни усталости, ни напряжения. Он был сосредоточен, как жук-навозник, который только что слепил шар из дерьма и вот-вот, начнёт его катить.

Заргас наклонился, вновь взгромоздил ношу на спину и, слегка сгорбившись под тяжестью, зашагал к бурелому.

Вот сейчас!

Я отлип от дерева, став частью «плывущей тени». Двигаться нужно было не за ним, а параллельно, чуть сбоку, используя каждое дерево как укрытие. Ноги сами находили твердые участки земли, минуя сухие ветки. Я благословлял темноту и собственный темный наряд.

Он не свернул за бурелом, как я ожидал. Он обошел его и, кажется, просто уперся в сплошную стену молодых деревьев. И тут, совершив несколько странных, скользящих шагов, будто повторяя давно заученный танец, он… провалился.

«Чё-чё⁈ Эй! Какого чёрта⁈»

Нет, не провалился. Его силуэт просто растворился среди стволов. Я замер, прижавшись к дереву, не веря своим глазам.

Магия?

«Да я свою жопу сожру, если в мире есть магия…»

Иллюзия?

«Тоже херня…»

Я подошёл ближе, до самого края бурелома, и затаился. Минуту. Две. Тишина. Он ещё не вернулся. Значит, его тайник был где-то тут, в двух шагах от поляны.

Наконец, в чаще снова зашевелилась тень. Шаман вышел на поляну без мешка, потянулся и странно хрустнул костяшками. Он обвел пустое место взглядом и потёр руки.

«Тащил, тащил, вот и дотащил, старый хрыч, — ядовито подумал я. — Теперь домой, пить чай с печеньем и планировать, когда и где ты укуришься».

Заргас не спешил уходить. Он замер на месте, и его голова медленно повернулась в сторону моего укрытия. В тот же миг по моей спине прошлись мурашки. Он что, услышал? Учуял?

В следующую секунду он просто громко крякнул, сплюнул в сторону и, наконец, неспешной, развалистой походкой зашагал прочь, к поселению. Я выдохнул только тогда, когда даже шорох его шагов полностью растворился в ночном лесу.