Я рассмеялся и рванул верёвку справа от себя. Дубовая «лапа» рухнула в воду. Она ушла глубоко, прорезая течение.

Эффект был мгновенным. Словно кто-то схватил лодку за киль огромной рукой под водой. Боковой дрейф прекратился. Лодка вздрогнула, заскрипела всем корпусом, упираясь в воду «лапой».

Я навалился на рулевое весло, разворачивая нос под острым углом к ветру.

— Держитесь! — заорал я и рванул на себя вожжу — шкот. Треугольный парус, до этого полоскавшийся, вдруг натянулся, как барабан. Он встал почти вдоль лодки, поймав ветер как крыло.

И лодка прыгнула.

Она не поплыла — она именно прыгнула вперед. Я почувствовал этот толчок спиной. Шверт вгрызся в воду, не давая нам скользить боком, а парус выжимал из встречного ветра чистую тягу.

Атаман охнул, хватаясь за борт, когда карбас накренился так, что вода забурлила у самого края.

— Твою ж мать! — выдохнул он, а в голосе его был не страх, а чистый восторг.

Волк на носу вжался в скамью. Он смотрел вниз, на воду. А вода неслась мимо.

Мы шли наискось навстречу ветру. Навстречу волнам, разбивая их носом в брызги. Толпа на берегу смолкла. Смех оборвался, сменившись тишиной.

Мы летели.

Я держал курс, чувствуя каждый удар волны в скулу лодки. Рулевое весло билось в руках, как пойманная щука. Парус над головой гудел, натянутый до звона. Карбас резал воду, оставляя за кормой пенный след. Берег с ошарашенной толпой медленно, но верно уходил назад, и мы отдалялись все дальше к середине огромного плёса.

Я оглянулся. Люди на песке замерли, превратившись в истуканов. Даже отсюда было видно — они не верят своим глазам. Лодка шла против ветра, и это ломало всё, что они знали о реке.

Атаман тоже обернулся. Глянул на удаляющийся берег, потом на надутый парус, и вдруг расхохотался:

— Ты сделал это! Вот же сучий потрох, ты это сделал!

Я оскалился в ответ, чувствуя на губах брызги:

— Ещё не всё. Сейчас будем поворачивать.

— Поворачивать? — Волк, вцепившийся в борт побелевшими пальцами, резко обернулся. — Куда? В берег?

— Нет. На другую руку, — крикнул я сквозь вой ветра. — Мы пойдем «змейкой». Ступенями.

Я выждал момент, когда волна будет потише.

— Пригнись!!! — заорал я. — Рея пойдет!

Атаман и Волк инстинктивно вжали головы в плечи.