— В палате поддерживается режим карантина, поэтому, пожалуйста, наденьте маску и перчатки, — он указал на держатель у двери с до боли знакомыми пережитками пандемии.

Я вытащил из коробок, нацепил маску и натянул перчатки на руки. Игорь Семенович сделал то же самое, после чего открыл дверь и вошел внутрь.

Палата оказалась одноместной, разделенной напополам тканевой ширмой, верхняя половина которой была прозрачной. Через эту прозрачную часть я увидел койку с лежащим на ней мужчиной, в котором не сразу узнал Витьку.

Он сильно изменился за эти пять лет. Густая борода, длинные, явно давно не стриженные волосы. Благо, каким-то бродягой или бомжом он не выглядел, скорее просто ему было лень за собой нормально следить, в этом плане спустя годы ничего не изменилось.

Вот только далеко не его внешность привлекла мое внимание в первую очередь. По коже Витьки, по лицу, шее, груди и рукам, вились тонкие фиолетово-черные узоры, напоминающие вены, но более хаотичные и тонкие.

Болезненными они не выглядели, скорее напоминали какую-то крайне экстравагантную татуировку, да и в целом не было похоже, что Витька чем-то болен. Ни синяков под глазами, ни бледности, ни худобы.

Даже наоборот, вид у него был такой, будто он только-только вышел из баньки: румяные щеки, кожа лоснится, волосы, несмотря на неухоженность — хоть сейчас в рекламу какого-нибудь шампуня…

Проблема была в том, что я точно знал: это ненадолго. Через несколько часов этот здоровый вид сменится синюшностью и опухлостью, через сутки по всему телу начнут вспыхивать гангренозные очаги, через трое суток даже при лучшем уходе и своевременной медицинской помощи мой брат погибнет.

И я знал все это, потому что не раз читал об этом. Фиолетовые узоры, кома, здоровый поначалу вид, который быстро уступит место жутким, более поздним стадиям — всё это были симптомы отравления маной из серии книг «Кровь и Сталь».

Я стоял перед ширмой и чувствовал, как в голове сталкиваются два мира. В одном я — уставший повар с умирающим рестораном, а «Кровь и Сталь» — это просто книжка на маленьком сайте. А в другом через неделю произойдут выплески, мана хлынет в мир, изменяя все живое вокруг себя, и миллионы людей погибнут в первый же год.

К счастью, я помнил симптомы. Помнил стадии. Помнил, что единственное лекарство — эссенция аномалий. И помнил, где искать.