Октавиан, окончательно обезумевший от боли, перегрузок и падения в болотную жижу, рывком поднялся на ноги. Черные нити, пропитанные Скверной Бездны, натянулись, как стальные тросы, безжалостно вздергивая Мироса вверх.

Золотая аура Двенадцатой Тени, задыхающаяся в тисках мрака, снова начала разгораться, грозя испепелить всё в радиусе километра.

— СЛЕПЦЫ! ЖАЛКИЕ ЧЕРВИ В ГРЯЗИ! — заголосил Октавиан через Мироса, воздевая руки к разорванным небесам. — ВЫ СМЕЕТЕ НАСМЕХАТЬСЯ НАД ИСТИНОЙ⁈ ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ ВЕЛИКОГО ЗАМЫСЛА! Я ОЧИЩУ ЭТОТ МИР ОТ ВАШЕЙ СКВЕРНЫ! Я СТАНУ ОЧИЩАЮЩИМ ПЛАМЕНЕМ РАВНОВЕСИЯ! Я УТОПЛЮ ВАС В ВАШЕЙ ЖЕ НЕВЕЖЕСТВЕННОЙ…

Агриппина даже не прекратила сверлить меня суровым взглядом. Она просто раздраженно отмахнулась левой рукой. Словно отгоняла назойливую муху.

Я, в свою очередь, даже не вынимая рук из карманов плаща, небрежно щелкнул пальцами, посылая короткий импульс Искаженной Логики.

Это был идеальный, абсолютно синхронный комбинированный удар, родившийся из чистого раздражения двух людей, которых прервали на полуслове.

Гравитационный пресс Девятой Тени, способный расплющить осадную башню, с чудовищной силой обрушился на Октавиана сверху.

А мой глитч мгновенно «отредактировал» плотность земли под его ногами, превратив твердую почву в багованную, нематериальную жижу.

— … КРОВИ И БОЛИ, ИБО Я… БУЭ-Э-Э-ЭРГХ!

Невидимая стотонная наковальня с хрустом впечатала Октавиана лицом прямо в чавкающую грязь. Снаружи остались только дергающиеся ноги.

Мирос, которого черные нити потянули следом за кукловодом, неловко брякнулся на четвереньки, чудом избежав купания в той же луже.

Архимаг ошарашенно потряс головой, сплюнул грязную воду и, воспользовавшись тем, что Октавиан дезориентирован, попытался отползти подальше.

— Спасибо, Валера… — просипел Мирос. — Если бы я выслушал еще хоть одно слово про «очищающее пламя», меня бы стошнило прямо на его священную плешь.

— Валера? — Пина приподняла бровь.

Разумеется, удар не убил Октавиана. Защитная аура Десятой Тени в последний момент вспыхнула стальным кубом, приняв на себя основную кинетическую энергию пресса и не дав сломать ему позвоночник. И эта же аура прикрывала Мироса, не давая освободить его.

— Итак, на чем мы остановились? — невозмутимо продолжила Агриппина, словно рядом не барахтался в луже еретик-заговорщик. — Ах да. Твоя деревянная задница, Маркус. Если ты думаешь, что этот фокус с падающим идиотом… то есть архимагом, спишет тебе угон моих Небесных Титанов…

Она не успела договорить.