Но как её найти, зная лишь имя? А Древо больше не скажет. Не потому что не хочет. Скорее всего, само толком не понимает человеческих расстояний и имён.

Придётся потратить много сил и ресурсов на поиски…

Впрочем, это уже проблема Яромира.

* * *

Разведчики поработали как следует, и это меня приятно удивило.

Нет, я, конечно, верил в своих людей. Более того, после всех тренировок, артефактов и нормального питания они стали работать сильно лучше, чем раньше. Но мир у нас такой, что послал человека в лес посмотреть старые развалины, а обратно тебе приносят только его сапог и плохие новости.

В этот раз обошлось, а на карте у меня появилась дюжина новых меток. Старинных построек, как я и думал, в округе оказалось немало. Где-то башня, где-то остатки стены, где-то подземный вход, заваленный камнями, где-то просто место, где крестьяне сто лет таскают из земли ровные блоки и даже не задумываются, что под ними может лежать что-то полезное.

С одной стороны — отлично. С другой — очень хреново.

Потому что разорваться я не мог. У меня приём на носу, жуки под боком, стены строятся, и артефакты сами себя не сделают. А ещё мне почему-то надо спать, есть и иногда делать вид, что я нормальный граф.

Я сидел над картой, водил пальцем между отметок и понимал, что собственноручно объехать всё не выйдет. Даже если очень хочется.

Значит, нужны люди.

Не просто гвардейцы, которые умеют держать щит и бить копьём. И не просто крестьяне с ломами. Мне нужны профессиональные искатели древностей. Люди, которые хотя бы примерно понимают, куда смотреть, что лучше не трогать, и как отличить бесполезную блестяшку от артефакта, который может оторвать руку по локоть.

Где же таких взять? Хрен знает.

На рынке они не продаются. По крайней мере, у нас. В городах, может, и есть среди рабов опытные авантюристы, кладоискатели и прочие профессиональные самоубийцы.

Но я же против рабства. Значит, будем воспитывать своих.

Я кинул клич через Ильдара и Макара. Мол, нужны добровольцы: желательно с мозгами, руками и хотя бы минимальной способностью не умереть от собственной любознательности.

Мне привели троих.

Первым был гвардеец по имени Фрол. Молодой, крепкий, с внимательными глазами. Не самый сильный, зато из тех, кто слушает приказ до конца, а не начинает выполнять с половины. Ценное качество.

— Сам вызвался? — спросил я.